Книга Что, если?, страница 26 – Юлия Резник

К ночи холодает. Разбухшие снежные тучи летят по небу, то выплевывая, то опять поглощая блеклый блинчик луны. Герман крадется по накатанной колее между двух бесконечных сугробов, выстроившихся сплошной стеной. Снег мелкой крошкой метет в лицо, забивается в ноздри и за шиворот. Притихшая тайга стоит окутанная серебристой инеевой дымкой. Хорошо. Но уже весны хочется.

Среди деревьев ему чуется хруст. Не останавливаясь, он идет дальше, чутко вслушиваясь в тишину. Показалось? Похоже на то.

Через пару минут луна совсем прячется. Ни черта не видно. Можно, конечно, достать фонарик, но когда он почти решается сделать это, наконец, разбирает в темноте контуры заранее брошенной здесь машины. Та заботливо прогрета. Дверь открыта. Глухов поправляет кобуру. И хмыкает про себя – шпионские игры. Правда, если сравнить с теми операциями, в которых ему довелось побывать, эта – и не операция вовсе.

Герман ныряет за руль, ведет носом, изучая незнакомый аромат, наполняющий тачку, выворачивает колеса и выезжает на дорогу. Здесь движение уже более-менее оживленное. И его машина вряд ли привлечет к себе чье-то внимание. На это он и рассчитывает.

Тачка, естественно, левая. Номера никак с ним не связаны. Да и марка, надо сказать, довольно ходовая. Тут таких – через одну. Притапливает. Минует по объездной город. Выезжает на трассу. Сначала еще мелькают какие-то магазинчики и заправки, а дальше – мотель, и на многие километры – все. Он тормозит у одной из круглосуточных забегаловок для дальнобойщиков. Натягивает шапку пониже, и еще капюшон толстовки сверху накидывает. Его уже ждут. Высокий бритый наголо мужик неопределенного возраста – начальник местного УВД. Мужик новый, тоже со стороны. Глухов надеется с ним поладить. Ведь он не просто так именно в этих краях выдвигается. У него полно задач, о которых простые смертные никогда не узнают. Одна из них – наведение порядка в тех сферах бизнеса, что здесь остаются в тени еще, кажется, с девяностых. По самым скромным подсчетам сумма ущерба от этой деятельности исчисляется миллиардами. И потому Герман не питает иллюзий, что будет легко. Но он надеется, что такими вот назначениями сильно облегчит себе жизнь после выборов.

Взяв поднос, Герман набирает себе сомнительного вида снеди. И подходит к прикорнувшей за кассой кассирше.

— Триста сорок два. Двадцать, – зевает та, растирая лицо пухлыми ладошками с ядреным маникюром.

Глухов дает пятисотку.

— Сдачи не надо.

И с подносом наперевес идет вглубь зала.

За колонной их не видно. Камер здесь тоже нет.

— Доброй ночи, Ефрем Харитоныч.

Меринов кивает. Откидывается на стуле. Лицо у него выразительное. Гладкое, несмотря на возраст. Скуластое. С ярко выраженными носогубными складками. Человек непростой, но порядочный, как заверили Германа наверху. (прим. автора: история Меринова: "По-другому" https://litnet.com/ru/reader/po-drugomu-b483585?c=5762027p=1)

— Добрый. Вот. Что успел нарыть…

На стол ложится простая металлическая флешка. Глухов благодарно кивает. Подтаскивает ту к себе. Прячет в карман.

— Ниточек на самом деле – миллион. За одну потянешь – на всех статья найдется.

— И как тянется?

— Никак. Я здесь пока никому не доверяю, – широко разводит руками Меринов. – Своих людей, конечно, переманил, но это – капля в море. Сами понимаете. Расследование идет медленно. К тому же пока ко мне присматриваются, народ осторожничает.