Книга Хорошая девочка, страница 21 – Юлия Резник

— Я могу многое дать нашим ребятам.

— Это может быть довольно проблематично, особенно учитывая тот факт, что тебе до сих пор сложно усидеть на одном месте.

Мама у меня особенно не расшаркивается. Рубит правду-матку как есть. Сколько я себя помню, она всегда такая — строгая. Наверное, благодаря такому ее воспитанию я и стал человеком. Без строгости, четких правил и абсолютной нетерпимости к их нарушению это было бы невозможно, но теперь-то на хрена это все? Может, мне нужен аванс! Просто чтобы кто-то в меня поверил. Я вчера сидел на тренировке и представлял себя на месте Таира. Прикидывал, где бы с ним согласился, а где бы сделал по-своему. Пару раз даже дергался, чтобы вмешаться, а потом приклеивался к лавке из страха, что влезу и сольюсь, оправдав ожидания родни.

— И все-таки я попытаюсь. — Отправляю в рот остатки вина.

— Хм… Ну, если ты серьезно решил попробовать, возможно, тебе стоит прислушаться к отцу.

— Нет-нет! — выставляю перед собой ладони. — Я не буду баллотироваться. Это не мое.

— Тебе нужно конвертировать свою популярность во что-то стоящее! А не пользоваться ей лишь для того, чтобы снять очередную блядь.

Закатываю глаза. Мать всегда невысокого мнения о моих женщинах. И стоит признать, что у нее для этого есть все основания. Блядью была даже моя жена.

— Мам, я не вижу себя в политике. Я прямой, как рельса, такие там не выживают. Да и заскучаю я, сидя в кабинете.

— Возьмись за то направление, которое тебя вдохновляет. Спорт.

— Я и берусь. Разве нет?

— Слишком мелко берешь, Сереж. Только представь, сколько бы ты мог сделать, работая в правительстве.

— В правительстве ни черта не делают. Только пилят бабло.

— Ты можешь это изменить.

— Ага. Я похож на идиота?

— Да! — кивает мать, улыбкой смягчая следующие за этим слова: — Только идиот может отказаться от тех возможностей, что тебе предоставляет жизнь.

— Злая ты. Уйду я от тебя, — хмурюсь.

— Ну и иди, взрослый уже мальчик. — Мама ласково ерошит мне волосы. — Только не забудь, что у папы юбилей. Мы ожидаем, что ты непременно будешь.

— Да уж куда я денусь?

— Не вздумай притащить с собой какую-нибудь дворнягу. Соберется приличная публика.

— Хорошо, проведу кастинг на роль своей спутницы. Есть какие-нибудь пожелания или ЦУ?

— Не дерзи! Да и вообще будет лучше, если ты придешь один. У меня на примете имеется несколько девушек из хороших семей.

— Боже сохрани, — передергивает меня. — Не вздумай меня сватать.

— Тебе тридцать пять! Я хочу внуков.

— У тебя их пять штук.

Трое — у моего брата, двое — у сестры.

— А я хочу твоих.

— Хотеть не вредно, — улыбаюсь. — Я спать. Завтра тяжелый день.

Да! Я трусливо сбегаю. И засыпаю, едва коснувшись головой подушки. Просыпаюсь по будильнику. Принимаю душ и, пока варится кофе, скролю ленту.

«Сергей Бекетов не изменяет себе, а вот невесте — очень даже».

Пролистываю. Бред какой-то… Но мало ли обо мне бреда писали?

«Очередной трофей помолвленного чемпиона!»

А?

«Девушка Бекетова ответила на обвинения…»

Какая, мать его, девушка?! Открываю статью, а там интервью Алины, в котором она выставляет все так, будто у нас с ней отношения. И все бы ничего, да только мне какого-то черта приписали помолвку с другой… И эта другая — Сара!

Хмыкнув, захожу в сообщения. Если она проснулась, наверняка уже успела мне настрочить. Так и есть.