Книга Обречен тобой, страница 23 – Юлия Резник

Бабы все-таки дуры. Мужики ко всему относятся легче. Или это я такая непроходимая идиотка?

Мир вскидывает руку, сверяясь с часами, о стоимости которых я могу лишь догадываться.

— Ч-черт. Десять лет прошло, да, малышка?

— Не называй меня так, пожалуйста.

— Почему? Ты не подросла, – улыбается.

Впрочем, своими улыбочками Мир меня не обманет – я слишком хорошо его знаю, чтобы не понимать, что мысленно он уже не со мной, а та легкость, которую он сейчас демонстрирует – просто прикрытие для более глубокого мыслительного процесса.

— Когда это было?

— Что?

— Когда с тобой связались?

— Пару дней назад. Тебя они тоже искали, но ты сменил номер и не отвечаешь на письма.

Мы правда это обсуждаем. Прямо сейчас…

Ну, а зачем ему отвечать, да? У него же все хорошо.

И я рада. Я рада, господи. Но почему это настолько невыносимо?

— Я выйду здесь. Мне… Мне надо.

Вываливаюсь из машины прежде, чем Мир успевает этому помешать. Лава внутри устремляется к жерлу. Меня сейчас просто стошнит. Своей глупостью, болью, идиотскими совершенно надеждами. А-а-а-а!

— Да стой ты! Мы не договорили.

Останавливаюсь резко, так что задники кроссовок едва не высекают искры из тротуарной плитки. Мы в черте города. Тот нависает со всех сторон высотками, забивается в легкие ароматом гудрона, смрадом выхлопных газов и как будто только и ждет, когда можно будет тебя пережевать и выплюнуть. Мне кажется, я только поэтому чего-то и достигла в жизни. Потому что боялась, что он меня проглотит, и не подавится… И ничто меня не сломило – ни безденежье, ни одиночество. Был какой-то энтузиазм. А сейчас ничего не осталось.

— Н-не трогай меня. Не о чем нам говорить.

— Класс. Да погоди ты, ну!

Мир хватает меня, разворачивает волчком. И я его со всей дури толкаю в грудь.

— Только дураки живут прошлым, – рычит он, перехватывая мою руку. – Я в чем перед тобой виноват?

— Ни в чем!

— Черта с два. Иначе ты бы этот цирк не устраивала.

— С ним очень легко покончить. Просто отпусти меня, – цежу, вырывая руку.

— Блядь! Поверить не могу. Просто гребаное дежавю. Вик, ну ты же не думала, что я буду ждать, когда ты одумаешься?

— Конечно, нет.

— А кажется, будто именно на это ты и надеялась. Ну как так? Что у тебя в голове, Вика-а-а? Я же мужик. Так не бывает…

Прямо сейчас я готова в это поверить. Ровно так, как готова признать и то, что в его словах имеется доля правды. Надеюсь, меня как-то оправдывает тот факт, что я ждала от Мира какого-то шага, сама того не осознавая. Иначе он прав. Это клиника.

— Я понимаю. Просто не вижу смысла продолжать наш разговор, – разъясняю свою позицию, добавив примирительных интонаций голосу.

— Почему? Нам как минимум нужно решить, что делать с эмбрионами.

Он, конечно же, прав. Но вернуться в машину я не могу. Слишком тесно мне с ним в замкнутом пространстве салона. Так тесно, что нечем дышать.

— Не против, если мы пройдемся?

— В такую холодрыгу? – морщится, оглядываясь по сторонам. А ведь и правда ужасно холодно. Изо рта вырываются клубы пара, добавляя киношности происходящему.

— Это не займет много времени, Мир. Вряд ли ты захочешь, чтобы я от тебя родила, тогда что тут обсуждать?

— Может, то, что это твой единственный шанс? Или за это время что-то изменилось? – сощуривается, пристально вглядываясь в мой профиль. Я так и не нашла в себе сил взглянуть на него прямо.