Книга Обречен тобой, страница 73 – Юлия Резник

Когда мы с Миром выходим, зажав в руках кучу бумажек, на улице становится еще холоднее. Ветер воет, заставляя тревожно поскрипывать и гнуться уснувшие до весны деревья, где-то нетерпеливо гудят клаксоны, и вся эта мешанина звуков становится слишком большим испытанием для моих ощетинившихся нервов. Хочется спрятаться, чтобы в тишине переварить случившееся.

— Вик, давай я тебя подвезу? – предлагает Мир, бросая быстрый взгляд на часы, оплетающие массивным браслетом его запястье. А ведь я хочу побыть с ним подольше, да, но побыть наедине, а не в компании засевшей в его голове Лены и своей вины.

— Я в порядке, Мир. Доберусь сама. Но за предложение спасибо. И отдельно спасибо за то, что пришел.

Я отворачиваюсь и неспешно распахиваю дверь, чтобы не дай бог не увидеть мелькнувшего в его глазах облегчения. Не хочу знать, что я ему в тягость. Сейчас – нет. Я впервые увидела наших малявочек, услышала, как бьются их крохотные сердечки – ничто меня теперь не переубедит, что моя гордость этого стоила. Вообще всего стоила, да. Я бы и теперь на что угодно пошла ради этих маленьких человечков. У которых есть зубки и пальчики.

Пусть он возвращается к Лене. Пусть…

И пусть она чувствует себя третьей лишней. А не я.

Почему-то я уверена, что именно сегодня иначе не получится. Мне трудно представить, что засыпая, Мир не будет вспоминать нас. И это гораздо лучше, чем если бы он вспоминал Лену, сидя у меня на кухне.

Дом встречает тишиной и слабым ароматом моего парфюма. Ни то, ни другое сейчас меня не устраивает. Я запускаю стирку, набираю Наташку и, болтая с ней по громкой, замешиваю тесто на пирог. Смех и аромат доходящей в духовке шарлотки мне приходятся по душе гораздо больше.

Следующие несколько недель проходят примерно так же. День я провожу в офисе, регулярно навещаю отца, а вечером что-то готовлю, украшаю дом к Новому году, и зависаю в группах, посвященных родительству. С удивлением понимаю, что работа с психологом, разбор собственных травм здорово подковали меня в вопросах воспитания. Если о беременности я не знаю практически ничего, то о том, как не вырастить ребенка невротиком, запросто могу написать диссертацию. И эта подкованность практически полностью успокаивает мои страхи. Не знаю, как сейчас, по прошествии времени, со своими страхами справляется Мир, но что я не дам ему наломать дров – теперь вообще не вызывает сомнений. Меня охватывает сытая благость. Даже отсутствие в моей жизни Мира в какой-то момент перестает подтачивать мой хребет. Я просто стараюсь заниматься своей жизнью и меньше думать о его. Только жаль, что мне никогда не съесть в одиночку все, что я готовлю…

А еще у меня появляется новое развлечение. Опасаясь что-либо покупать детям заранее, я развлекаюсь тем, что захламляю корзину на маркетплейсе всевозможными детскими товарами. В списке отложенного есть все – начиная от манежика и коляски, заканчивая игрушками и одеждой. Даже хорошо, что мне это все нужно в двойном размере, иначе, думаю, мы и половины бы не успели надеть. Это какое-то проклятье. Зависимость. Я действительно в этом нуждаюсь. Только вижу очередную миленькую вещицу, как рука тянется ее купить. И это у меня – в общем-то, равнодушного к шопингу человека! Я порой даже на работе срываюсь – откладываю дела, чтобы полюбоваться новинками и, естественно, откладываю себе...