Книга Как во сне, страница 44 – Юлия Резник

— Уль, там побольше снаряд полетел, – прохрипел я, дернув подбородком в сторону сцены.

— Лифчик, наверное. Их тоже пускают в ход. Ты что, правда, не знал? У-у-у. Да вы, оказывается, еще тот динозавр, Эльбрус Таймуразович. – Девочка откинулась в моих руках, похрюкивая от смеха.

— Но-но, не дерзи шефу, – хмыкнул я, задерживаясь взглядом на ее смеющихся губках.

— А то что? – дернула бровью.

— А то узнаешь…

Зрачки Ули расширились. На долю секунды мы застыли, с болезненной требовательностью вглядываясь в глаза друг другу. А потом она отвела глаза и будто невзначай скинула мои руки:

— Аа-а-а-а! Это же моя любимая! – запрыгала на месте, присоединяясь к многотысячной толпе, хором подпевающей Джареду.

Еще через полчаса концерт закончился, но вместо того, чтобы вернуться в гостиницу, Улька потащила меня к лавкам с сувенирным мерчем.

— Ты решила скупить все? – усмехнулся я, наблюдая, с каким азартом девочка сгребает с полок трехкопеечное барахло с тысячепроцентной наценкой. Вот на чем надо было делать бизнес, оказывается.

— Я бы с радостью. Но на все мне не хватит денег. Постойте! Я ведь первая это взяла, – Уля отвлеклась на быковатого вида мужика, который буквально из-под носа увел у нее какой-то брелок.

— Да пошла ты, – ухмыльнулся тот.

— Эй! – рявкнул я. – Отдай девочке подвеску.

— А то что? – загоготал тот.

— А то я тебе твои руки загребущие оторву и затолкаю в гнилую пасть.

Агрессия вспыхнула в воздухе, как искра в бензобаке. Хотя обычно у меня не возникало проблем с контролем, иначе я бы ничего не добился в спорте. Тут же я как будто только и ждал повода сорваться.

— На надо, Эльбрус. Пойдем, – дернула меня за руку Уля.

— Ты же хотела эту хрень? – сощурился я.

— Я лучше возьму медиатор. Он гораздо интереснее, – зачастила, поглядывая с опаской мне за спину.

— О, так ты тот боксер? А я смотрю – лицо знакомое, – переобулся мужик. – Вот так встреча. Какими судьбами здесь? Тоже с дочкой? – кивнул на Ульку.

Я отвернулся, не желая продолжать разговор. Взял Улю за руку, утягивая к другой палатке, но не тут-то было.

— Эй, ты че морду воротишь? Я вообще-то с тобой разговариваю, – взвизгнул мужик, хватая меня за рукав поло. Ткань протестующе затрещала. – Наташ, подтверди, я нормально спросил?

— Пап, пойдем, ты чего до людей докапываешься? – испугалась девочка, подхватывая выпившего отца под локоть. Уходя от попыток дочери его обуздать, мужик дернул рукой, отмахиваясь от нее как от мухи. Только жалость к девочке, для которой поездка на концерт кумира наверняка стала целым событием, удержала меня от того, чтобы съездить этому мудиле по роже в ту же секунду. Вместо этого я вполне миролюбиво заметил:

— Я здесь с коллегой. И мы очень торопимся…

— М-м-м. С коллегой, значит. Торопятся они… – передразнил меня мудак, оскаливаясь в похабной улыбке. – А что так? Не терпится коллегу оприходовать? – загоготал.

— Что ты сказал? – подобрался я.

— Не надо, Эльбрус Таймуразович. Он же ничего не соображает, – взмолилась Уля.

— Кто не соображает? Я?!

— Угомонись! – рявкнул я с неприкрытой угрозой.

— Ты это бабе своей скажи. А лучше займи ее рот, а то что-то он больно разговорчивый.

И вот тут я ему втащил. Один короткий джеб, а мудак посыпался. Даже обидно. Я-то только вошел во вкус. Но не бить же лежачего. Да и как быть, если Улька у меня на руке повисла?