Книга Как во сне, страница 50 – Юлия Резник

От облегчения закружилась голова. Я осела на унитаз, захлебываясь слезами. Это все же немыслимо – как круто может изменить судьбу один неосторожный шаг. Да чтобы я… еще когда-нибудь… хоть с кем-нибудь… Нет. Никогда. Чур меня. Ну их – эти острые ощущения. Я вообще на следующий Новый год загадаю, чтобы моя жизнь была максимально скучной. Работа, дом, спортзал, редкие тусовки с друзьями. А на работе Эльбрус, ага…

Может, и впрямь, уволиться? Не сразу – это действительно палевно, но через несколько месяцев, когда все уляжется, может, это действительно – единственный выход? В конце концов, Эльбрус никогда сам подобного не предложит, даже если я своим видом буду мозолить ему глаза и постоянно напоминать об измене.

От мысли, что мне придется искать работу, моя истерика сделала новый виток. Долбаный ПМС.

— Улечка! Дочь, открой, – постучала в дверь мама. Я умылась, высморкалась и послушно открыла дверь.

— Ну что такое, малышка, мы перегнули, да? Так это потому, что мы тебя очень любим!

— Я знаю.

— И ребеночка твоего будем любить. И помогать будем, а там, может, жизнь так повернется, что…

Если и мама скажет «что Эльбрус овдовеет», словно я такая стерва, что только этого и жду, наши отношения никогда не будут прежними.

— Не надо, мамуль, не будет никакого ребенка. Я как раз в этом убедилась.

— У тебя месячные начались, да? А я, дурочка, думаю, куда она побежала! Ох, Улечка… Девочка моя… И хорошо. Плачешь-то чего?

— Нервное. Переволновалась.

— А мы как! – покачала головой мама. – Хорошо, что бабуля так и не подружилась с современными технологиями.

— Извини. Меньше всего я хотела вас волновать.

— Ну, ничего. Обошлось, и слава богу. Бедная ты моя… Это же надо! Перепутал он… Ты хоть не испугалась?

— Да нет же! – возмутилась я, от стыда пряча лицо в маминых волосах. – Все было по согласию, просто… так вышло.

— Ты же его не покрываешь? Нет? – строгим голосом поинтересовалась мама.

— Ты что, мам? Вы ведь знаете его! Эльбрус и мухи не обидит. А уж чтобы женщину… Давай не будем об этом, мне ужасно неловко. Пронесло – и ладно. Пойду ему скажу, чтобы не переживал.

— Ага. А я сообщу папе.

Прекрасно. Теперь вся семья будет обсуждать мои месячные. Впрочем, учитывая, что в эти самые минуты целая страна обсуждает подробности моей личной жизни, это такие мелочи!

Эльбруса я нашла там же, где и оставила.

— Я не беременна. Это абсолютно точно, – выпалила я на одном дыхании при всех. Ну а что? Раз они посвящены в подробности случившейся драмы, пусть знают, чем она закончилась.

За этими мыслями совсем упустила реакцию Эльбруса. Когда повернулась к нему, он был уже совершенно невозмутим.

— Ты в порядке?

— Более чем. Езжай, Эльбрус Таймуразович.

— А ты?

— А я сегодня переночую у родителей. Соседка сказала, что мой дом оккупировала пресса. Отсижусь тут.

Я ушла к себе, едва машина Эльбруса отъехала. Живот страшно ныл. Хотя обычно у меня не очень болезненные месячные. Не зря говорят, что все болезни от нервов. Свернувшись в комочек, отвернулась к стене. Ночь выдалась бессонной, перелет – долгим, разговор – нервным, а потому я очень быстро уснула. Проснулась от того, что хотелось пить. Села на кровати, не сразу сообразив, где я и что происходит. Подтянула к себе телефон. Я проспала всего два часа, а за окном стемнело. Вот и как тут полюбишь зиму?