Книга Беспринципная, страница 37 – Юлия Резник

Остаток вечера провожу, перебирая вещички Алиски и братьев. Генка и сам прибарахлится, а этим тоже надо будет что-то купить. За полтора месяца лета они вымахали — дай бог! И матери что-то приобрести. Будет ей красивое платье на выписку. Может, порадуется.

Потом заваливаюсь на свою лежанку и утыкаюсь в телефон. Удивительное дело, даже за деньги найти гинеколога летом — проблема! У всех запись на неделю вперед. Отчаявшись, решаю сделать тест — и тем пока ограничиться.

Зоя

Дядя Вася — водитель, которого нам на сегодня выделил Седкин отец, высаживает нас у обшарпанного трёхэтажного здания, больше похожего на тюремный барак, чем на студенческое общежитие, и уезжает по каким-то своим делам. Даже Седа, до этого щебетавшая без умолку, прикусывает язык, с растерянностью разглядывая открывшуюся нам разруху.

— Это точно оно? — выдавливает с плохо скрываемым ужасом.

— Адрес сходится, — криво усмехаюсь я, и сама с трудом пряча разочарование. В мечтах моя студенческая комната была пусть и скромной, но не нищенской. Тут же даже заходить внутрь не надо, чтобы понять, насколько завышенными были мои ожидания. Запах пыльной ветхости, просачивающийся сквозь закрытую входную дверь, говорит сам за себя.

— Пойдем, поищем коменданта, — нервно улыбаюсь я, еще не зная, что нам никого не придется искать. Милая бабулечка сидит за стеклянной перегородкой прямо напротив входа. Приветливость, с которой она нас встречает, совсем не вяжется со сложившимся стереотипом вокруг фигур общажных комендантш. Она с улыбкой берёт мой паспорт, пробегается взглядом по спискам, находит мою фамилию и кивает:

— Третий этаж, двадцать седьмая комната. Ключи вот. Поднимайтесь, девочки, если что — кого-нибудь попросите показать вам душ и кухню, чтобы мне с вами не тащиться. Ноги совсем не ходят.

Мы с Седкой заверяем, что справимся сами, и поднимаемся по скрипучим, покрытым вытоптанным линолеумом лестницам. Стены в пятнах и трещинах, краска кое-где облупилась, на перилах — пыль. Я уже жалею, что не попросила дядю Васю подождать у подъезда. Может, мы бы просто глянули и сразу рванули… нет, не прочь — альтернативы у меня пока нет, но хотя бы за краской, что ли.

Комната оказывается в точности такой, как я и боялась: желтые, местами вздувшиеся обои, окна с расшатанной рамой, из которой зимой будет немилосердно дуть, пол, противно поскрипывающий при малейшем движении.

— Привет, — с порога говорит бойкая девушка. — Я Маша. А вы мои соседки?

— Я. Зоя, — тычу в себя пальцем. — Это — Седа, моя группа поддержки. А соседка наша еще не подъехала.

— Что ж. Ее ждет сюрприз, — усмехается девчонка. Я с улыбкой киваю:

— Это точно.

Обвожу взглядом три кровати, три тумбочки, один раздолбанный полированный стол. Здесь все, куда ни глянь, требует ремонта.

— Какая жесть, — бормочет Седка.

— Ничего. Пара рулонов обоев и банка краски исправят ситуацию, — не даю себе скиснуть. — Ты как, Маш, в деле? Скинемся по несколько тысяч, купим все необходимое…

Маша ничего не успевает ответить, потому что у входа начинается какая-то возня. И тут же в комнату заходит дородная женщина в компании тонкой как жердь девицы.

— Доброе утро. А вы…

— Ваши соседи. Кровати все свободны? Ань, занимай ту, что у окна, — командует женщина дочке.