Книга Огненное сердце, страница 47 – Юлия Резник

Тяжелая корзина перекочевывает с рук на руки. Я как падчерица из Двенадцати месяцев. Только у той были подснежники, а у меня – роскошные лохматые тюльпаны. Тоже, кстати, белые, с красивым и едва заметным градиентом в зелень. Невольно наклоняюсь понюхать. Радостная улыбка растягивает губы от уха до уха. Потому что бутоны действительно пахнут тюльпанами! Такая редкость сейчас…

В кармане булькает телефон. Просматриваю всплывший пуш.

«Ваш заказ выполнен. Оцените или оставьте отзыв».

Мой заказ? Перевожу растерянный взгляд на корзинку, когда меня осеняет! Закусив дрожащие от смеха губы, возвращаюсь в комнату.

— Спасибо, что заказал букет. И оплатил его с моей карты.

Я без претензии. То, что Муса не пропустил спич про цветы и тут же подсуетился, дорогого стоит. Тот же факт, что в целях конспирации он сделал это через приложение в моем телефоне, вызывает лишь желание рассмеяться. Кажется, такие истории обычно и передаются в качестве семейных преданий детям.

— Понравился? – ничуть не смутившись, по-драконьи пуская дым, интересуется Муса.

— Еще как, – втягиваю губы, ставлю корзину на стол и подхожу к нему, чтобы обнять. – Спасибо, – касаюсь груди губами. – Очень щедро, – все же не упускаю возможности его немножечко уколоть.

Муса в ответ на это отстраняется. Я откидываюсь в его руках, с удивлением глядя снизу вверх, когда тот вовсе отходит, вертя головой по сторонам. А найдя брюки, подхватывает их и достает портмоне.

— Да я же просто пошутила, – теряюсь.

— А я нет. Вот. Компенсация, – кладет на стол пару крупных бумажек.

Даже спорить с ним не берусь. Если честно, я пока вообще не понимаю, как такой мужик, как Гатоев, будет мириться с тем, что мои доходы на порядок выше его. Что я в принципе такая, какая есть: яркая, свободная и очень успешная. То и дело где-то мелькаю: в прессе, на телевидении, приковывая к себе внимание. Сможет ли он находиться в моей тени и чувствовать себя при этом комфортно? Или я слишком много хочу?

Нарушая стройный ряд мыслей, опять кто-то звонит в дверь.

— Еда, – комментирует Мусса, натягивая на голый зад боксеры. Возвращаюсь к двери. И все повторяется. Когда курьер уходит, Гатоев забирает у меня из рук увесистый пакет и относит на барную стойку. Естественно, у него даже мысли нет помочь мне их разобрать. Вздыхаю. Нет, все же нам нелегко будет. Ненавязчиво так прошу выложить шашлык на тарелку и открыть вино, пока сама раскладываю салат. Несказанно меня обрадовав, он нехотя подключается к процессу. Хищный зверь, но дрессировке вроде бы поддается. Или нет? Так-то волка не увидишь ни в одном цирке мира.

Окончательно загнаться не получается лишь потому, что у нас разговор завязывается. Обычный. Ни о чем. О детстве, родителях, каких-то незначительных эпизодах из жизни. А ведь мы впервые вот так дружески с ним болтаем. Моей работы тоже касаемся. Рассказываю, сколько сил уходит на то, чтобы минимизировать последствия последних событий. О том, что планируется корпоратив. И даже не делаю тайны из того, что мы с Димкой ездили в гончарку. По лицу Мусы никак не понять, что он по этому поводу думает. Я стараюсь выглядеть невозмутимо.

— Он Сидельника тоже пинал, представляешь?

— И что? – сощуривается.

— Да ничего. Просто интересно, как у Ярика-мудака родился такой сын. Вот и не верь после этого в то, что воспитание и среда гораздо важнее генов.