Книга Обычная история, страница 63 – Юлия Резник

— Побрызгай. Все же анал без презика — так себе идея.

— А ты в этом большой специалист? — ворчит будто между делом, отнимая у меня бутылочку.

— Да нет. Я сегодня девственности лишилась, Таир.

Смотрит так, что очередной смешок умирает в груди, не родившись. Тело охватывает странная дрожь. И только-только схлынувшее желание опять пачкает ляжки.

— И даже не кончила, — констатирует Таир, досадуя, что не довел меня. Он серьезно вообще? Во дает! Впрочем, неудивительно, что он привык по любому поводу в первую очередь с себя спрашивать. Это бич серьезных начальников. Ч-черт. Как трогает…

— Шутишь? Кто кончает в первый раз?

Валеев, до этого преспокойно вытирающий моим пыльно-розовым полотенечком для лица свой не то чтобы опавший член, вскидывает на меня тяжелый взгляд.

— Это намек, что будет второй?

— А ты бы хотел?

— Ты же знаешь, что да, — подталкивает меня к выходу.

— Ну, тогда можно повторить. Не сейчас, конечно.

— Да уж сейчас это было бы слишком.

Оборачиваюсь. Он что, меня дразнит? Да-а-а… Смешно. И тепло так… На душе в кои веки тепло. Толкаю Таира в бок. Уф! Все же какой он твердый! Будто каменный. Я бы не нашла лучшего варианта на роль второго после Реутова мужчины, даже если бы очень постаралась, дала объявление и провела многочисленный кастинг.

Мысли о бывшем привычно отзываются неприятным сосущим ощущением под ложечкой. Настроение стремительно портится.

— Эй! Куда?

— На кухню? — хлопаю глазами.

— А кончать ты вообще сегодня не собираешься? — хмыкает.

Не пойму. Он что, серьезно?

В глазах — темень. Лицо обострилось, во взгляде появилось что-то неуловимо хищное. Пока я хлопаю, как дура, глазами, Таир осматривает гостиную, куда мы переместились, и подталкивает меня к креслу.

— Может, не надо? — пищу я, сама не зная, чего боясь. Валеев лишь насмешливо на меня смотрит. Тянет руки к узлу на груди, развязывает полотенце. Будто под гипнозом, наблюдаю за всем, что он делает. Моя промежность намного ниже его лица, а он и так на коленях. Не собирается же он… Одной рукой Таир закидывает себе на плечо мою ногу, другой — раскрывает мои и без того изрядно помятые складки. Значит, собирается, да? Д-а-а-а-а.

Его губы там — это что-то. И пальцы, и… Как же хорошо, мамочки! Не сдерживаясь, ору. Топлю тишину в бессвязных причитаниях, хриплых стонах, в потоке каких-то несдержанных глупостей, хлюпающих звуках его безостановочно снующих во мне пальцев. Как же хорошо! Как невыносимо прекрасно и чувственно… Тело колотит, ляжки дрожат, пятка, упирающаяся в его мокрое от пота плечо, соскальзывает. Мы смеемся, зависнув одной ногой над пропастью.

— А-а-а!

Да! Просто невероятно. То что нужно, и даже больше. До искр из глаз. По правде я бы предпочла менее интенсивные ощущения.

Слабость во всем теле. Даже не знаю, в реальности ли я взмываю вверх, или так кажется. Под спиной пружинит матрас. По штанге карниза шоркают кольца — Таир зачем-то отодвигает тюль. Плыву на волнах угасающего удовольствия. Я опять мокрая. И опять надо в душ, но где взять силы, чтобы дойти до ванной?

Уснуть не дают.

— Эй! Хорош косить под труп, — хмыкает за спиной вернувшийся Валеев.

— Я не кошу. Я правда…

— Ну да.

Проникает внутрь уверенным сильным движением. Значит, не показалось — все же за презервативом сходил.