Книга Обычная история, страница 94 – Юлия Резник

— Ладно, ребят, Тай прав. Заканчиваем базар. Наш отряд и так потерял одного бойца, давайте поднажмем на работу, — вносит предложение Свин. Народ вяло кивает, утыкаясь каждый в свой монитор.

Я же по поручению Валеева занимаюсь организацией Ташиной выписки, которая по его договоренности с главврачом перенесена на вечер. Собственно, умение Таира Усмановича договариваться вообще очень нам пригождается. Иначе где бы на ночь глядя разжились кроваткой, коляской и гардеробом для мелкой? А он как-то договорился, да…

Кое-как дорабатываем день. Гурьбой высыпаем на стоянку. И за животы хватаемся, разглядев украшенный розовыми воздушными шарами Прадик Таира. Валеев, хмыкнув, открывает тачку, фары моргают, будто закатывая на наше безудержное веселье глаза. Согласна, эту машину как ни укрась, менее брутальной она не станет. Собственно, как и ее хозяин. Думаю, даже в розовом костюме Кена Валеев бы умудрился выглядеть мужественно. Все же этот вайб идет изнутри.

— Ну что, по коням?

— А Миша где?

— Хрен его знает. Но ждать нет времени. Кать, давай пока ко мне запрыгивай.

Запрыгиваю. Едем. Отчего-то все больше волнуясь, бросаю косые взгляды на Валеева. Глубокая складка между бровей выдает, что тот чем-то крепко озабочен.

— Что-то случилось? — не выдерживаю я. Таир иронично ведет бровью. Эм… Ну, да. Ну и вопросики… — Я имею в виду — кроме прочего, — закатываю глаза.

— За Стрельникова переживаю. Как бы он чего не начудил. Он тебе не говорил, куда подался?

— А должен был?

— Тебе лучше знать.

— Ничего у нас с ним не было, — вздыхаю, отвернувшись к окну.

— А он считает, будто вы сблизились.

— Близость бывает разной, Таир Усманович. Вам ли не знать?

Наши взгляды встречаются. На этот раз Валеев отводит глаза первым, подтверждая, что он в моем обществе тоже чувствует что-то эдакое.

От души зеваю, положив левую руку рядом с коробкой передач.

— Устала? — перехватывает мою ладонь.

— Угум, — киваю, не понимая, как реагировать. С сожалением наблюдаю за тем, как наши руки вновь разъединяются. Ну, вот и что это было? Неужто почудилось? Сердце подпрыгивает в груди. Оступается и набирает такой разбег, что впору доставать лекарства.

— Что теперь будет с Ташей? — выбираю нейтральную тему. — С ней расторгнут контракт?

— Нет. Почему? Будет работать.

— Да?

— Угу. На этаж ниже есть что-то типа яслей. Будет у нас дочь полка. Как думаешь, справимся?

— Это смотря какой ребенок — спокойный, нет? Если малая будет орать круглыми сутками, какая уж тут работа?

— Ну, судя по тому, что ее мать даже не знала о своей беременности, девчонка у нас еще та тихушница.

Валеев улыбается. Накануне мы были так заняты, что ему некогда было побриться. За какие-то неполные два дня зарос Таир — будь здоров. На фоне черной щетины его улыбка кажется белоснежной.

— Я тут, кстати, вспомнила, что по телевизору даже шла такая программа — «Я не знала, что беременна».

— Чего только не бывает.

— Угум. Тоже об этом подумала. А потом вышла программа «Я не знала, что беременна. Опять».

Прыснув в кулак, Таир тихо угорает. У него такой заразительный смех, что я тоже улыбаюсь — аж восьмерки показываются.

— Ты любишь детей, — констатирую я. — Не думал еще родить кого-нибудь?

— Думал.

Ну, вот на хрена я спросила? Улыбка застывает на лице карикатурой. Нелепо киваю. Мол, поняла. Дальше едем молча.