Книга Титановый король, страница 121 – Юлия Резник

— Замолчи!

Я без сил опускаюсь на колени. Он садится рядом. Подтаскивает меня, дрожащую, к себе.

— Для меня никто… – стучу зубами. – Никогда… не делал ничего подобного.

— Так я еще ничего не сделал.

— Это не имеет значения.

Не в силах сидеть, я ложусь на пол. Сворачиваюсь улиткой… Лоб касается колен.

— Дин… Ну, что ты? Ну, не надо так, а? – теряется Фед, привыкший ко мне другой. Сильной, стойкой, не-со-кру-ша-е-мой… титановой королеве. Но той Дины нет. Доспехи сняты. А стержень, на котором все и держалось, выдернут… От меня осталась лишь вывернутая наружу нервами оболочка. И больше ничего… ничего.

— Не буду.

— Вот и хорошо. Вставай, Дин. Нам же собираться надо, забыла? Через несколько часов самолет. Что мы с собакой будем делать, ты придумала?

— Ничего. Охрана за ней присмотрит.

— Ладно. Дин, я не шучу, вставай. Окно открыто. По полу тянет.

— Федь…

— М-м-м?

— Я тебя люблю. Я так тебя люблю, господи.

Я поворачиваюсь, чтобы глянуть ему в глаза. Я вижу зарождающийся в них шторм. Я знаю, что он сметет меня. Он поглотит, ничего не оставив. Я слишком мелкая, чтобы этой стихии противостоять… Я и не берусь. Самая лучшая тактика здесь – просто позволить подхватить себя и утащить за собой.

Фед наклоняется. Я приоткрываю губы. Поцелуй – инъекция счастья. Пожалуйста, глубже… Увеличивая дозировку. Снова и снова. Еще и еще. Обхватываю его голову. Он просовывает руку мне под голову. Другой сминает простую майку. Ведет вверх и сжимает в ладони грудь. Я не смогу выкормить ребенка, даже если сумею его родить. Лекарства, которые я принимаю, совместимы с беременностью, но не с грудным вскармливанием. Впрочем, я не чувствую своей неполноценности в связи с этим. И не считаю себя менее женщиной от того, что мою грудь сосет мужчина, а не ребенок.

— Дин, милая, надо притормозить, – тяжело дыша, Фед немного смещается, освобождая меня от своего веса. Я осоловело моргаю.

— Ага.

Фед перекатывается на бок. Садится, подает мне руку. Шторм в его глазах не утих, я знаю, что он обрушится на меня с новой силой, как только мы останемся наедине. И да, мое признание осталось безответным, но… я почти не сомневаюсь, что это только пока.

— Пойду, посмотрю, как там твой подарок. Что-то мне подсказывает, мальчишки его замучили.

Федор

— Федька, ну, сколько можно пялиться в свой телефон? Пойдем купаться!

Откладываю айфон вниз экраном. Виноватый взгляд надежно скрыт за стеклами модных солнцезащитных очков. За спиной Дины Персидский залив. Еще дальше – на другом насыпном острове, огромные небоскребы. В отличие от своих сыновей, которым я не смог обеспечить поездок на море, сам я не такой уж дикарь. В свое время мне довелось немного поколесить по миру вместе с родителями. Я каждое лето хотя бы по месяцу проводил в языковых лагерях разных стран. Может быть, поэтому конкретно море мне здесь не нравится. В нем совершенно не ощущается стихии воды. Она почти стоячая из-за многочисленных искусственных препятствий, встречающихся на пути, даже волн нет. Впрочем, мальчишки в восторге. И это главное.

— Не хочу. Лужа какая-то.

— Правда? Кто-то у меня балованный парень, похоже, – смеется Дина и легонько шлепает меня под зад прямо на глазах отдыхающих чуть в стороне арабов. Я усмехаюсь. Вот это у них разрыв шаблона, наверное! Уклоняюсь, хватаю Дину за руку и шутливо прижимаю к своему боку. Она не теряется. Обнимает меня в ответ и так, вместе, рука об руку, мы все-таки идем к берегу.