Книга Титановый король, страница 120 – Юлия Резник

Если честно, то, как Фед надо мной трясется, уже переходит границы нормального.

— Я могу вернуть Рэя в питомник. Если, конечно, ты сумеешь это объяснить сыновьям.

Да-да. Это нечестный прием. Я знаю. Знает это и Фед. Но вместо того, чтобы разозлиться за то, что я приперла его к стенке, как он непременно поступил бы в самом начале наших отношений, Федька лишь тяжело вздыхает и знакомым жестом причесывает свой ежик рукой.

— Ладно. Посмотрим. Его хоть обследовали?

— Вдоль и поперек, – клянусь я. – Рэй абсолютно здоровый пес.

— Ладно, – повторяет несколько обреченно. Ловит мой взгляд и, будто что-то вспомнив, кивает. – У меня тоже есть для тебя подарок.

— Правда? Ну-ка, давай сюда!

Фед как-то неловко улыбается. Отходит к небольшому столику, где по привычке бросил свою сумку.

— Ты же помнишь, да, что я парень простой, и самолетов от меня ждать не стоит?

— О, вот только не начинай опять! – закатываю глаза. – Давай показывай, что у тебя?

Федор достает из сумки бумажный конверт. Большой. Формата А4.

— Вот.

Наверху тарарам. Хлопают двери. Орут пацаны. Гавкает собака… На самом деле лучшего подарка сложно представить. Но раз уж Фед придумал еще что–то… Открываю конверт и достаю какие-то бумажки. Пробегаюсь по ним несколько раз, но, если честно, все равно мало что понимаю. Хотя… я уже видела такие.

— Сначала я думал, что успею тебе заработать на приличный подарок. Потом понял, что на четверть ставки медбрата я даже нормальный букет цветов не куплю, так что пришлось проявить креативность.

Киваю. В горле першит. Ну, вот где? Где таких мужиков делают? Я зажмуриваюсь. Закусываю щеку. Но ч-ч-ерт. В последнее время я стала дьявольски сентиментальной.

— Так, ты, похоже, ничего не поняла…

— Да… П-похоже.

— Это результаты анализов. Смотри, HLA-антитела, в том числе донор-специфические, вообще не выявлены, виртуальный кросс-матч отрицательный. Серологический лимфоцитологический тест отрицательный. Ты же понимаешь, что это значит?

Да… Господи, да. Мне пришлось овладеть этой терминологией и вникнуть в суть.

— Да, я понимаю, что это означает. Но я не понимаю, что ты мне хочешь этим сказать.

— Я – подходящий донор. Поверить не могу. Это какое-то чудо!

— Но мне уже не нужен донор, – теряюсь… теряю нить разговора и падаю… падаю куда-то… вверх.

— Да. Слава богу. Я буду только рад, если он тебе не понадобится, но…

— Но? – сиплю я, облизав губы.

— Но если вдруг такая необходимость возникнет, считай, донор у тебя есть.

Фед внимательно смотрит на меня исподлобья, очевидно, ожидая какой-то реакции. Может быть, шутливого ответа, а я не могу… Ни сказать не могу, ни пошевелиться. Внутри меня происходит что-то… необъяснимое. То, с чем я никогда еще не сталкивалась раньше. Меня ломает пополам. До хруста в позвоночнике. Я складываюсь, обхватываю руками колени. С губ срывается всхлип.

— Да знаю я. Идиотский подарок. Просто ничего лучше не придумал. Считай, это… как оно бишь у вас, крутых воротил, зовется, фьючерс?

— Помолчи! – шикаю я. Нет-нет, я понимаю, что он, испытывая страшную неловкость, тоже пытается перевести все в шутку… Но… – Не шути. Пожалуйста. Не шути с этим.

— Дин! – Фед пугается, когда до него доходит, что я вовсе не смеюсь, как он было решил. А плачу. – Прости меня. Вот я дебил.