Книга Титановый король, страница 61 – Юлия Резник

Я упускаю момент, когда начинаю верить, что нахожусь не одна в этом эфире. Может поэтому реальность настолько меня шокирует. А происходит все так: я кончаю, выгибаясь в спине до хруста. Я лечу… Лечу. И мне кажется, чтобы это продлить, не упав, мне нужно просто за что-нибудь ухватиться. Я и хватаюсь. За Феда. Но он так стоит, что по факту я хватаю его за пах. А там… ну, ничего, понимаете? Ноль реакции. Что на контрасте со штормом, который швыряет меня из стороны в сторону, до того нереально… до того дико, что…

— Выйди, пожалуйста.

Я не смогу объяснить свою просьбу. Но от меня этого и не требуется. Фед бесшумно удаляется. В голове лениво прокатывается мысль, что, возможно, он только и ждал этой моей тихой просьбы? Я же не знаю, как у него заведено. Вероятно, он рад поскорей от меня отделаться. Не знаю. Да и какая разница, ну, правда? Хуже мне уже вряд ли будет. Я всхлипываю. Переворачиваюсь на бок, подтягиваю к груди дрожащие непослушные ноги, будто желая собственными острыми коленками заткнуть образовавшуюся в ней брешь, и сильней стискиваю зубы на полотенце.

Ничего-ничего. Я справлюсь. Это всего лишь… массаж. Да, эффект не такой, как я рассчитывала, но… Что уж? Сама виновата. Теперь остается надеяться, что сработает «клин клином», или нет, уж лучше «с глаз долой – из сердца вон». Завтра они уедут, и со временем все забудется, как страшный сон. Но прежде…

Я встаю, быстро моюсь, одеваюсь в халат и, вызвав к себе Бориса, уединяюсь в кабинете.

— Звали, Дина Владимировна?

— Угу. Борь, у нас есть люди в военкомате? Если нет – найди.

— Объяснить, что из Вакуленко так себе призывник?

— Все ты знаешь. Сделай так, чтоб от него отстали.

И плевать мне, что он не хотел моей помощи. Я это делаю не для него даже, а для себя. Не хочу гадать, как у них все сложилось. Ведь зная, что хорошо, забыть все случившееся будет гораздо легче.

Федор

— Федя?! Господи, ну наконец-то я до тебя дозвонилась!

Растерянно отвожу трубку от уха, дабы убедиться, что у меня ни одного пропущенного. Ага. Как я и думал. Трясу рукой. Мокрые пальцы пощипывает от мороза. Звонок адвокатши застал меня аккурат у колонки. Хорошо хоть так, я выскочил, чтоб набрать воды, и телефон брать не планировал. Уже перед самым выходом из домишки зачем-то сунул его в карман, будто предчувствуя что-то… нехорошее, отдающее во рту горечью.

Дую на озябшие, покрасневшие пальцы и зачем-то напоминаю:

— А я вам сам с позавчера звоню.

— Да знаю я! Знаю… Форсмажор у меня. Ты извини, Федь. Работа скотская, ты в курсе, как порой бывает.

Может быть. Но когда дело касается нас самих, мы становимся жуткими эгоистами. Никакой эмпатии я не испытываю. Лишь тупую усталость и страх.

— Так у вас какие-то новости?

— Ага. Еще какие. Тебе лучше подъехать ко мне. Не телефонный это разговор, знаешь ли.

Я оглядываюсь по сторонам. Зажмуриваюсь и откидываюсь спиной на покосившийся давно не ремонтированный сарайчик. Живописно поседевшие от времени доски кое-где отошли. Перекантоваться здесь нам предложила мать моего лучшего друга – тетя Света. Ну, я и ухватился за такую возможность, других-то вариантов все равно не было. О том, что в летнем домике в ноябре жить будет далеко не так весело, как летом, я не думал. Теперь вот пожинаю плоды. В доме царит жуткий холод, от которого не спасает обогреватель, воды в кране нет. Как нет и других удобств, в общем… Тру лицо. Не знаю, как я до такого докатился. Как втянул в это все детей... Порой мне самому не верится, что именно это – моя реальность.