Книга Сильная и независимая, страница 86 – Юлия Резник

Будто почувствовав мое любопытство и сжалившись над глупышкой, олигарх, никуда не спеша, отводит руку. Вероятно, приходит моя очередь переживать о том, как я выгляжу, но… Мне как-то совсем не переживается. И когда его ладонь ложится на мою голову, задавая убойный ритм, я продолжаю, не мигая, на него пялиться. А зажмуриваюсь, лишь когда он со стоном выплескивается в мой жадный рот.

— Что ты делаешь, женщина?! — хрипит Наумов, растирая дрожащими пальцами по лицу мои сопли и слезы. Что-то бесстыжее есть в этом всем… Но мне в кайф. И ему, конечно же, тоже. А в остальном — кому какое дело, правда?

Плавно стекаю вниз. Прохожусь чередой коротких поцелуев по его все еще трогательно подрагивающему бедру. Укладываюсь рядом, опустив голову Науму на живот. Пусть это и была по факту игра в одни ворота, мне удивительно хорошо. И это чувство лишь усиливается, когда он начинает ласково массировать мой затылок.

— Я отрубаюсь.

— Погоди. Закроешь за мной дверь.

— В смысле? — просыпается как по щелчку.

— Уже поздно, Наум, я поеду.

— А остаться ты не можешь?

— С ночевкой? — теряюсь я. — Наверное, могу. Но ты меня не приглашал.

— Приглашаю!

— Ну, тогда пойдем в спальню? Еще не хватало уснуть на полу.

Я действительно не вижу ничего плохого в разовой ночевке. Мне неохота плестись домой посреди ночи. Так что в следующие наши встречи, где бы они ни происходили — на его территории, или же на моей — обычно заканчиваются совместным утром. Благо из-за занятости не так часто мы встречаемся, и это не успевает перерасти в рутину.

— Смотри, Юль, он так привыкнет и ничего не захочет менять, — наставляет меня Алка в одну из наших встреч.

— Так, а зачем менять, если меня все устраивает?

— Это пока. А потом тебе неизбежно захочется замуж… — авторитетно заявляет подруга.

— Это вряд ли, — беспечно отмахиваюсь от ее слов. Но зачем-то под какими-то совершенно надуманными предлогами переношу две наши следующие встречи с Наумовым. А то чего это я, и правда, такая удобная?

Кто не нарадуется нашему роману — так это Стаська. Та же Алка на этот факт только глаза закатывает. Дескать, еще бы — боится девочка, как бы ты к Данечке не вернулась. И тут уже глаза приходится закатывать мне — потому что я, несмотря ни на что, верю — Стася искренне за нас рада. Ее энтузиазм, если честно, иногда меня даже пугает.

— Юль, а ты наряд выбрала? — интересуется Наумова за пару недель до презентации.

— М-м-м. Да…

— Покажешь? — загораются фанатичным огнем глаза Стаськи.

— Зачем? — настораживаюсь я.

— Чтобы мы подобрали папе наряд в тон твоему! Будет настоящий фемили-лук. Получатся отменные фотки. Что скажешь?

— Стаська, ну что за детский сад — штаны на лямках? Твой отец ни за что не согласится на такое. К тому же мы…

— Что?

— Не афишируем наши отношения.

— Да-а-а? — Стася округляет глаза. — А почему?

Я и сама не знаю. Может, потому что они несерьезные? А может, потому что я имею несчастье быть подписанной на Моисеева и видеть, как он, выпрыгивая из трусов, постит каждый божий день совместные фото со своей малолеткой. Чуваку явно хочется, чтобы все вокруг знали, как он счастлив в своей новой жизни. Бедолага и не догадывается, что производит ровно противоположный эффект. На самом же деле его потуги смотрятся настолько нелепо и притянуто за уши, что мне просто страшно, что и я буду выглядеть так же… К тому же я понятия не имею, как относится сам Наум к идее засветить наши отношения. У нас полно более интересных тем для бесед.