Книга Святоша, страница 50 – Юлия Резник

— Ну, не знаю. Давай попробую. Если что – попросим у соседей.

Пока я воевал с деревом, Ида накрыла на стол и достала из бара бутылку. Наши взгляды то и дело встречались. Она смущенно улыбалась, отворачивалась и продолжала суетиться дальше, чтобы снова залипнуть на мне десятком секунд спустя.

— Скажи!

— Что сказать?

— Тебя явно что-то смущает.

— Понимаешь, это же наш с Ильей дом… – пролепетала Ида, вновь отвернувшись.

— А-а-а, понятно. Расслабься, Ида. Мы собираемся просто поужинать, – хмыкнул я, чтобы разрядить обстановку, хотя, если честно, эмоции шарашили так, что мама дорогая. Но я ее понимал, да. И над этим тоже стоило как следует подумать…

Ида облегченно рассмеялась.

— Ну-у-у, если ты не планировал отужинать мной...

— Еще как планировал. Но не сегодня, – просипел я, отворачиваясь к елке. – Ну что? Вроде ничего? Не криво?

Ида откашлялась.

— Нет. Хорошо. Сейчас достану игрушки… Или сначала перекусим?

— Как хочешь.

— Тогда мой руки и садись за стол.

Я послушно поплелся к раковине. Ида прошла к столу, поправила скатерть и вдруг обернулась к проигрывателю. Самому настоящему винтажному проигрывателю, в тумбе под которым хранились десятки виниловых пластинок. На секунду остановилась, вероятно, вспоминая что-то из своего прошлого, а потом решительно выудила одну.

— Ты не против музыки?

— Я только за.

Павел

— Ну? Что скажете, Павел? Как вам?

— Просторно, – ответил я, хотя это, конечно, было слабо сказано. Просторно – это когда хватает места для шкафа, дивана и письменного стола. А здесь… Здесь было ощущение воздуха.

Пентхаус встретил нас мягким светом и тишиной, от которой закладывало уши. Панорамные окна от пола до потолка открывали вид на город, окутанный лёгкой морозной дымкой. На закате всё это сверкало, будто где-то там, в поднебесье, на границе, очерченной горизонтом, полыхал пожар. От такого вида буквально перехватывало дыхание.

— Да вы подойдите, подойдите… – подзуживал меня риелтор.

— Ого, – выдохнул я, пройдя пару шагов вперёд по устланным широкой доской выбеленного дуба полам, гармонирующим со стенами, выкрашенными в приятный оттенок на стыке белого, бежевого и серого. И ничего тебе лишнего. Ни лепнины, ни крикливых вставок. Только воздух… Отчего складывалось полное ощущение, что я иду в облаках.

— Застройщик работал с дизайнером, – пояснил риелтор, важно поправляя лацкан своего пальто. – Лофт с элементами минимализма. Итальянская кухня, техника встроена. Потолки почти четыре метра, вентиляция, шумоизоляция премиум класса.

Я уже почти не слушал. Мысленно примерял это пространство на себя. И семью, которая у меня когда-то непременно появится. Словом, и сейчас думал об Иде. Что бы она оставила тут как есть? А что бы переделала? Как бы здесь понравилось Дашке? Наверняка она бы пришла в восторг, визжа и делясь с нами захлестывающими эмоциями на своем, тарабарском.

— Здесь солнечная сторона, – продолжал риелтор. – С утра солнце поднимается прямо напротив окон. Весь день светло, а зимой еще и экономия на отоплении.

— А летом? – машинально спросил я.

— А летом, да! Придется потратиться, – улыбнулся он. – Но такой вид этого стоит, поверьте. Праздничные фейерверки отсюда как на ладони.

Он распахнул раздвижные стеклянные двери, и мы вышли на просторную террасу. На перилах искрился снег. У стены выстроились кадки с пихтами, увешанными огоньками, а под ногами расстилался прихорошившийся к празднику город.