Книга Святоша, страница 52 – Юлия Резник

— Пап, я тут в заторе застрял. Встретишь Иду, как ты умеешь, если я чуть опоздаю?

— Скажешь тоже! Конечно. Ни о чем не переживай.

— Тогда до скорого, – я торопливо свернул разговор, чтобы не нарваться на штраф на пустом месте. Я, конечно, не бедствовал, но в сложившейся ситуации было глупо тратиться там, где можно было запросто сэкономить.

Навигатор будто насмехался – то обещал двадцать минут в пути, то внезапно показывал сорок. Я пару раз ударил ладонью по рулю, выдохнул... Убеждая себя, что ничего непоправимого не случилось. Жалеть о том, что пришлось задержаться, не получалось, ведь последний объект недвижимости, что мне показали, действительно стоил потраченного времени. Да и Ида задерживалась…

Минут через сорок я всё же вырвался из ледяного плена машин. Припарковался у дома, заскочил в цветочный на углу, потому что лишние пять минут уже вообще ничего не решали. Взлетел вверх по лестнице, открыл дверь и сразу же заметил ботиночки на каблуке и шубку. Я улыбнулся, чувствуя, как внутри поднимается волна радости. Ну вот! Приехала! Сейчас я ее увижу! Быстро пригладил пятерней волосы, стремясь выглядеть как можно приличнее. Снял пальто, толкнул дверь на кухню, откуда доносились приглушенные голоса.

— Извини, задержался. Пробки. И вот… Цветы купил. Надеюсь, тебе нравятся орхи… – осекся, встретившись глазами со Светой! Это что, черт возьми, такое?! Шутка?

— Привет, – нагловато ухмыльнулась она.

— Что за… – я остановился, замер, чувствуя, как букета в руке становится жалко. – Ты какого лешего здесь делаешь?

— Паша… – смущенно пробормотал отец, снимая очки.

— А что? Ты разве не рад? Андрей Павлович говорит, что с нетерпением ждал знакомства… Ай! – взывала Света, не закончив, когда я бесцеремонно стащил ее с табуретки.

— Ну-ка выметайся.

— Паша!

— Извини, пап… Тут ошибочка вышла. Света уже уходит.

— Ну, ты и козел! Отпусти меня… – визжала Маслова по дороге к выходу. – Что ты делаешь?!

— Выпроваживаю тебя к чертовой бабушке. Обувайся…

— Паша!

— Обувайся, или пойдешь босиком, – рявкнул я, сдергивая с вешалки её шубу. Ума не приложу, почему я решил, что Ида может носить такое уродство. Эта вся демонстративная статусная вульгарщина совсем не про нее. – На!

— Постой. Ты что, правда на Идку позарился?

— Если твое «позарился» подразумевает, что я возымел на ее счет самые, что ни есть, серьезные намерения, то да. Поэтому забудь сюда дорогу, ясно? Оставь нас с Идой в покое.

— Ну, к тебе, допустим, забуду. Не больно-то и надо. А к ней… Это, знаешь ли, нам решать. Не тебе! И, кстати, если ты думаешь, что Ида тебя послушает, ик, то ты ошибаешься…

— Господи, ты еще и бухая?

— Бокал выпила после тяжелой тренировки! – поджала губы в праведном гневе Светка.

— Ладно. Я не полиция нравов. Твое дело, – немного остыл я. – Давай, Свет. Провожать не буду.

Вытеснив за дверь эту дуру, закрылся на все замки и хотел было даже перекреститься – миловал же бог! Но тут из кухни послышался звон бьющегося стекла. Помчался на звук. Отец, держась одной рукой за стол, пытался убрать осколки с пола.

— Сядь, пап. Я сам. Так бы и придушил эту… Сердце?

— Ну-ну, нельзя обижать девочек. Но знаешь что, сынок? Врать не буду, я безумно рад, что произошла ошибка. Эта… Как ее?

— Света, – выплюнул я.