Книга Любовь 50+, страница 121 – Анна Корнова

— Екатерина Васильевна, извините за бестактный вопрос: Вы продолжаете встречаться с Денисом? Не хотите – не отвечайте.

— Тут никакого секрета нет. Встречаемся. Это Ваша дочь интересуется?

— Моя дочь скоро станет матерью, и другие события её не интересуют. Это я спрашиваю, потому что у нашего радиолога Валерия Петровича очень хороший сын. Возможно, Вы были бы неплохой парой.

— Спасибо! Но у нас с Денисом в последнее время всё хорошо. – Катя покраснела и зачем-то добавила: – И с ним нескучно.

Слова «в последнее время всё хорошо» ясно говорили, что в предпоследнее время всё было плохо, что на качелях «любит – не любит», как сама Катя назвала свои отношения с Денисом, она продолжает качаться.

— Ну, и хорошо, – Любовь Александровна улыбнулась. – Если скучно с мужчиной, это совсем никуда не годиться. Только по опыту скажу: с мужчиной не должно быть скучно или весело. С ним должно быть тепло, надёжно и спокойно.

Люба сказало это, потому что ей было тепло, надёжно и спокойно рядом с Мироном. Прошло совсем немного времени, но казалось, что они вместе очень давно.

Вопрос о знакомстве с сыном Костюка возник спонтанно. Накануне Мила поделилась:

— Валерка только с виду такой суровый, а на самом деле он очень трепетный: не представляешь, как переживает за сына! У него сын хороший интеллигентный парень, а вот с девушкой не повезло.

— Это тебе Валера рассказал? – определение «трепетный» по отношению к грубоватому Костюку вызвало у Любы улыбку.

— Он меня с сыном познакомил. У Валерки с ним очень добрые отношения. Максим на Валерку похож, такой же красавец.

— Костюк красавец? – Люба не могла скрыть удивления.

— А по-твоему красавцы – это исключительно блондины с греческими носами? – фыркнула Мила. – У тебя все мужики: и Михаил, и Бронислав – по одной выкройке сделаны.

— Какой Бронислав?

— Художник Слава. Кстати, он портрет твой привёз?

— Я про него забыла, и про картину тоже. А насчёт моих блондинов, Мирон брюнет. А чего у Костюка с сыном? Он как-то мне рассказывал, что сын из-за компьютера не вылезает, реальность его не касается.

— Если бы! Его девушка замуж вышла. Нашла папика на тридцать лет старше и вышла замуж, а Максим больше года в депресняке пребывает. Валера хочет сына с какой-нибудь нормальной девицей познакомить. Да где такую найдёшь!

Нормальной была Катя Мирошко, но она качалась на качелях «любит – не любит», и никто ей сейчас был не нужен.

Люба попрощалась с подругой, и словно в продолжение их разговора пришло сообщение «Я привёз тебе картину». Пришлось снова звонить Миле:

— Художник обозначился. Будто услышал, что про него говорили. Хочет картину привезти. К нам с Мироном я его приглашать не хочу, да и некуда там это полотно пристроить. Давай я его на Мытную позову, только ты тоже подъезжай. Когда у тебя вечер свободный будет?

— Вот Бронислав про тебя помнит, а ты даже его красивое имя забыла! Только вот я зачем вам нужна буду? Я в живописи не очень много понимаю.

— Мил, прекращай. Сможешь во вторник приехать?

— У меня спектакль. Да чего ты боишься? Не съест же художник тебя. И Мишаня твой уже ничего не учудит при вручении портрета. Как он сейчас?

— Получше. Я к нему сегодня ездила. Речь восстанавливается. Хотела к себе в больницу перевести, но пока рано трогать. Завтра перед работой заеду, посмотрю динамику.