Книга Сон в летнюю ночь, страница 30 – Анна Корнова

— Виктория Робертовна, вот водички попейте! Всё наладится, всё хорошо будет, — растеряно кружился вокруг Мальцев. — Да кто Вас обидел-то? И почему Вы не во дворце? Ведь у Вас помолвка с господином Миклешиным сегодня состоялась.

— Не состоялась. Я сбежала, — всхлипнула Вика.

— С помолвки, устраиваемой с благословления государыни, сбежали? — Мальцев остолбенел.

— Я не хотела, так получилось, — Вика горестно всхлипнула и, как могла, рассказала о своем алогичном поступке, избегая по возможности пикантных деталей. По рассказу Виктории, ей так не хотелось замуж за господина Миклешина, так не хотелось, что она, воспользовавшись случаем, сбежала из дворца. Вика не рассказала про объятия Слеповрана и его гнусное предложение принять участие в шпионаже. Просто объяснила, что князь Соболевский-Слеповран её из дворца вывел, и теперь ей необходимо срочно сделать загранпаспорт (Мальцев повторил незнакомое слово, но значение уточнять не стал) и рвануть куда-нибудь в Европу, а ещё лучше в Штаты (про Штаты Мальцев тоже, похоже, не понял).

— Сергей Афанасьевич, помогите, пожалуйста. Кроме Вас, мне здесь никто не поможет, — Виктория умоляюще смотрела на Мальцева.

Сергей Афанасьевич Мальцев смутился, даже, пожалуй, оробел. Императрица и за меньшие провинности жестоко карала, а поступок Виктории Робертовны простой дерзостью считаться не мог, это было оскорбление воли государыни, более того, это было — лучше вслух не произносить! Мальцев понимал, что он становится не просто укрывателем, а соучастником преступления, если сейчас же не выставит Викторию за дверь, но он не мог этого сделать, потому что… А кто его знает, почему мы порой поступаем вопреки здравому смыслу и советам психологов.

Мальцев всегда решал по совести, и именно она прошептала ему, что бесчестно будет оставить Викторию Робертовну в этой жуткой ситуации без поддержки. Надо где-то укрыть беглянку, тайно вывезти из Петербурга, спрятать у тётушки, у Матрены Степановны Сундуковой, в Мещовском уезде. Это было единственно возможным, по мнению Мальцева, решением, но пока он прикидывал, каким образом с наименьшим риском воплотить задуманное, Виктория Чучухина выдвинула свой вариант спасения:

— А что, если меня похитили? Значит, всё случившееся — просто трагические обстоятельства, а я ни при чем.

— Зачем похитили и кто? — изумился Мальцев.

— Зачем? С целью получения выкупа, киднепинг, одним словом, — Викторию понесло.

Киднепинг — словечко-то какое неприятное. Мальцев поморщился от этого непривычного звукосочетания, но Викторию Чучухину уже было не остановить:

— Меня похитили и спрятали, но готовы вернуть за некоторое вознаграждение. Лучше всего брать золотом: золото актуально во все времена и при любой власти.

— Виктория Робертовна, да кому Вас похищать! Что Вы говорите!

— Откуда я знаю кому. Может, секта какая, может, террористы у Вас тут действуют или бандитская группировка, но это всё детали. Главное, за выкуп меня можно вернуть на место, а там уже на вырученные и про Штаты думать.

— Но Вас же никто не похищал.

— Сергей Афанасьевич, Вы абсолютно правы: никто не похищал, но ведь могли, — Виктория подмигнула Мальцеву. Она уже успокоилась, и почему-то перестало быть страшно: рядом с Мальцевым ничего плохого случиться не могло.