Книга Сердолик – камень счастья, страница 46 – Анна Корнова

— Привет, Инн! Как дела?

— Митя, здравствуй! У меня всё отлично, а у тебя какие новости?

Инна разговаривала с Митей, а сердце стучало так громко, что девушка с испугом подумала: вдруг по телефону можно услышать эти удары.

— Ты чем сейчас занимаешься? — поинтересовался Митя.

— Ничем, в смысле — ничем важным. А что?

— Пошли, погуляем по Коломенскому. Сегодня хороший день, без дождя.

Договорились, что через час Инна подъедет к парку. Она не могла прийти в себя от радости: Мите нужно с неё поговорить, поделиться своими мыслями, она Мите нужна! Конечно, погода препротивная, но раз Митя сказал, что день для прогулки подходящий, значит, так и есть. Первым делом Инна надела цепочку с маминым сердоликовым сердечком — оно удачу приносит (в этом Инна убеждалась на каждом экзамене). Знала бы заранее, что Митя погулять пригласит, утром помыла бы голову, уложила волосы, хотя по такой погоде всё равно шапка нужна — ветер нешуточный, да и дождь моросит, несмотря на то, что Митя его не заметил. Инна надела новое бежевое пальто, слишком легкое для середины ноября, но в тёплой куртке с капюшоном она похожа на черепаху Тортиллу (так Алина сказала: «Ты в этой зелёной куртке вылитая черепаха Тортилла»), а идти на встречу с Митей, похожей на Тортиллу, Инна никак не могла. Под элегантное длинное пальто надевать удобную спортивную обувь было нелепо, пришлось достать замшевые сапоги на тонких каблуках. Ходить на таких каблуках Инна не любила и не умела, но случайно увиденные в магазине сапоги так ей понравились, что, неделю вспоминая их мягкую светло-серую кожу, на вопрос отца, что подарить на день рождения, назвала эту непрактичную обувь. И вот уже второй сезон сапоги лежали в коробке на антресолях, ждали случая, и он наконец наступил.

Митя встретил её у входа в парк:

— Привет! Хорошо выглядишь, — молодой человек широко улыбнулся.

Инна покраснела. Как она ненавидела это своё качество — краснеть при малейшем смущении!

Они пошли по Коломенскому. Народу тем пасмурным днём в парке было немного — погода не располагала к гулянью. Элегантное кашемировое пальто Инну не грело, ноги в красивых сапогах на шпильках моментально устали. По липовой аллее вышли на смотровую площадку. Перед ними открылась панорама излучины Москвы-реки, но живописный вид не впечатлял Инну, она дрожала от ветра, хозяйничавшего на ничем не защищенном пространстве высокого берега.

Митя, в отличие от прежнего их общения, почти ничего не говорил, поэтому, чтобы избежать неловкого молчания, не закрывала рта Инна.

— Пойдем спустимся к реке, — предложил Митя, прослушав рассказ о том, что на третьем курсе меда учиться сложнее, но интереснее, что такое пропедевтика внутренних болезней и каким образом общая гигиена дает знания о влиянии окружающей среды на человека.

— А давай куда-нибудь в помещение зайдем, — попросила продрогшая на ветру Инна. — Я немножко замерзла.

Что Инна окоченела, было понятно без пояснений, но Митя почему-то этого не видел. Он всё ждал, что Инна расскажет об Алине, сам он спросить боялся — боялся вновь ощутить уже утихшие острую боль и жгучую обиду. Но как ни запрещал себе Митя думать о сбежавшей невесте, всё время его мысли, как стрелка компаса, упорно поворачивались в сторону Алины. Не в силах бороться с собой, Митя позвонил Инне — он и страшился, и стремился услышать про Алину, однако пришлось слушать о каких-то методах обследования пациентов.