Книга Амнезия. Мой не бывший, страница 110 – Иден Хол

Влюбилась как дурочка в своего босса. Вздыхала по нему, оставаясь одна ночью, любовалась издалека в офисе, следила, ловила взгляд каре-зеленых глаз, дрожала от вибраций его голоса, мечтала коснуться его губ пальцами, чтобы ощутить их форму.

Впитать их тепло своими губами.

Я всего лишь глупая влюбленная женщина, которая лезла из кожи вон, чтобы попасть в команду дизайнеров, разрабатывающих новый головной офис компании. Просто, чтобы быть к нему ближе.

К Илье Воронову, суровому, холодному, недоступному, как ледник на вершине горы руководителю, от вида которого я умирала, захлебываясь чувствами. Наивной женской влюбленностью в кумира.

Я добилась своего, я попала в команду, занялась с другими дизайнерами разработкой комплексного концепта верхних этажей. Олимпа для нашего руководства. И узнала, что Воронов лично будет представлять на архитектурно-дизайнерской выставке этот концепт.

А поедут с ним лучшие.

И я стала лучшей! Я заняла место ведущего дизайнера, чтобы быть ближе к нему. И сделать это… свой подарок. Свою страсть, что текла по моим венам, как огонь по жилкам оникса. Я создала второй проект, который никто не видел.

В него я вложила душу и все то, что видела в Илье, его характер, его сильную ауру, каждую его привычку, каждый жест, каждый выдох в этот грешный мир. Я слепила из них пространство, безупречное для него одного.

Продолжение его самого!

И перед самой презентацией я все подменила. Поставила свои визуализации и картины, свои наброски, свою музыку, свои мысли и ощущения в графических линиях. Мою идеальную работу! Мой дизайн-проект!

Все ради того, чтобы их увидел ОН. Чтобы Илья Воронов не мог от них увернуться и отмахнуться, не мог отложить проект в папку, потому что он не утвержден, не мог выключить, потому что презентация транслировалась на большой экран.

Чтобы Илья не мог меня не заметить! Меня и мои чувства!

— Полина.

Полина

Я открываю глаза.

И почему я сразу не подумала, что запустить панель с ониксом мог только один человек. Наверное, опять глупо и наивно напрашивалась.

Мы не виделись с того разговора в апартаментах Ильи. Он вернулся на работу в офис, но удивительно, как ловко два человека могут избегать друг друга, даже продолжая выполнять свою работу. Я ведь ему даже кабинет сдала без личной встречи.

Это был обоюдный танец избежания боли. Которому, кажется, осталось последнее па.

— Илья, – я поворачиваюсь к человеку, стоящему у меня за спиной.

Выглядит идеально, безупречно… ослепительно! Так что даже в белых перчатках страшно коснуться его.

Темно-серый костюм с едва заметным графитовым отблеском, белая рубашка с ровным твердым воротничком, матовые платиновые запонки, такие же идеальные платиновые часы с минималистичным браслетом, черные туфли.

Он сам архитектурный оргазм для глаз, каждая линия – совершенство. Каждая черта лица как из-под руки Микеланджело, оживший мрамор с пьедестала.

Только глаза, каре-зеленые… с янтарными прожилками огня, пылающего изнутри.

Мое мертвое божество.

— Я хотел поговорить.

И ни одной эмоции на лице.

— Сейчас не время, презентация начинается через, – поднимаю к глазам часы на запястье, – десять минут, нужно проверить все ли на месте.

— Все на месте.

— Там телевизионщики должны… – пытаюсь его обойти.