Книга Прости меня, отец, страница 157 – Катерина Сент-Клер

Не говоря ни слова, Зои достает свой телефон. Мгновением позже она смотрит на меня с выражением, которое меня пугает.

— Голосовая почта, – бормочет Зои. – Что происходит?

Я открываю «Найти мой iPhone», и сердце замирает, когда я вижу последнее место, где телефон Иден был активен.

— Она была в вашем доме сегодня в два часа ночи, – шепчу я, встречаясь взглядом с глазами Эйдена. С тех пор ее телефон не включается, а мой «Глок» пропал.

Опустив миску с хлопьями, Эйден суровеет и все следы игривости стираются.

— Какого черта она туда пошла? – его голос дрожит от беспокойства.

— В душе не ебу, – рычу я, натягивая толстовку и закрепляя один из своих перочинных ножей за поясом. – Но я не собираюсь сидеть и ждать ответов.

Я открываю входную дверь, и у меня перехватывает дыхание при виде посетителя.

Эхо стоит на пороге, занеся одну руку, чтобы постучать, а в другой держа большой стакан кофе. Несмотря на прошедшие годы, его золотисто-каштановые волосы и насыщенные темные глаза остались неизменными, хотя по щеке, словно река, бежит глубокий шрам – его единственный изъян.

— Господи, если ты был так рад меня видеть, я мог бы намазаться бальзамом и поцеловать тебя…

— Убирайся с дороги, Эхо, – огрызаюсь я, проталкиваясь мимо своего старого друга в отчаянии.

Эхо крепче сжимает мою руку, в его глазах вспыхивает беспокойство:

— Это ты и твоя девушка вызвали меня сюда, Роман…

— Она пропала, – говорю я твердым как сталь тоном. – Последнее место, где она была, – это последнее место, где она должна быть. Отойди, или я сломаю тебе руку.

Голос Эйдена разрывает напряжение.

— Роман, это мой отец, – говорит он, его голос едва ли громче шепота.

Я оборачиваюсь и вижу, как имя Дэвида высвечивается на экране телефона Эйдена; чувствую, как сердце колотится в груди.

— Отдай его мне! – рявкаю я, выхватывая телефон из рук Эйдена. – Дэвид…

— Включи громкую связь, Роман. Я предполагаю, что мой сын там, если у тебя есть его телефон.

С неохотой я нажимаю кнопку громкой связи и позволяю Эхо войти, чтобы он не стоял мрачной тенью в дверном проеме.

— Я на громкой связи? – голос Дэвида потрескивает в трубке.

— Где она, черт возьми, Дэвид…

— Следи за своим тоном, Роман. Мне бы не хотелось, чтобы кто-то пострадал из-за твоей грубости.

Пронзительный вопль разрывает воздух, крики Иден приглушены, ее страдания режут меня как лезвие. Мое сердце сжимается с каждым всхлипом, невыносимая боль ощущается даже через телефон.

— Иден…

— Готов слушать? – голос Дэвида холоден, отстранен, и рыдания Иден отходят на второй план.

— Дэвид, если ты еще раз прикоснешься к ней…

— И что ты сделаешь? – в его невозмутимом голосе слышна насмешка.

Эхо профессионально записывает разговор, его взгляд суров и сосредоточен.

— Вот в чем дело, Роман, – мурлычет Дэвид. – Мы играем в эту игру по моим правилам. Ты содействуешь, и каждый получает то, что хочет.

— Что тебе от меня нужно?

Мой голос – натянутая струна, каждое слово пронизано отчаянием.

Моя единственная цель – сохранить жизнь Иден, чего бы это ни стоило.

— Мне нужно, чтобы ты сделал кое-что очень простое. Появись на торгах. Принеси клятву церкви. Поклянись молчать о ее тайнах как рыба, а затем убирайся из Айдлвуда. Только когда ты покинешь город, Иден будет свободна от оков, в которые я ее заковал.