Книга Девиант, страница 184 – Гидеон Торн

Я медленно развернулась к ней, чувствуя, как внутри закипает привычное упрямство.

— Вы сомневаетесь, что я с ним справлюсь?

— Простите, но ему нужен… особый хозяин, — она тщательно подбирала слова, явно пытаясь смягчить формулировку. — Тот, кто готов работать с травмированной психикой, а не просто… — она замялась, наматывая прядь волос на палец.

Я сложила руки на груди, чеканя каждое слово:

— Я вас поняла. Сколько вы за него хотите?

Девушка вспыхнула.

— Нет, вы не понимаете. Я не торгуюсь! — её голос зазвенел от возмущения.

— Тогда в чём проблема?

Она не выдержала, и её профессиональная маска окончательно треснула.

— В том, что такая, как вы, вернёт его через неделю! — почти выкрикнула она, и её щёки покрылись пятнами румянца. — Или просто выставит за дверь, когда он обдерёт вам диван.

Я невольно отшатнулась — удар в цель был неожиданно болезненным. Но тут же выпрямилась, вздёрнув подбородок.

— Я этого не сделаю.

— Очень хотелось бы верить, — уже тише буркнула она, отводя взгляд. — Просто… я люблю их. У меня дома три кошки и собака. Каждый раз, когда к нам привозят искалеченных, запуганных зверей, у меня сердце на куски рвётся.

Я посмотрела на неё — без иронии, почти серьёзно — и вдруг по-детски вскинула руку ладонью вперёд.

— Клянусь. Я не выкину этого кота. Даже если он окажется внебрачным сыном сатаны.

— Это не смешно! — возмутилась девушка, хотя в её взгляде мелькнуло сомнение.

— А я и не смеюсь. Просто… мне нужен именно он. — Я снова повернулась к вольеру, встречаясь взглядом с котом. — Я чувствую, что для моего партнёра это единственный шанс.

Администратор долго смотрела на меня, потом тяжело вздохнула и нервно поправила волосы, заправляя выбившуюся прядь за ухо.

— Хорошо. Только не звоните мне потом с жалобами. Я вас предупреждала.

— Договорились, — я едва заметно улыбнулась.

Мы вернулись к ресепшену. Я вытащила из носа последний, уже ни на что не годный платок. Девушка тактично протянула мне пачку салфеток. Я не стала строить из себя гордую и жадно их схватила. Нос горел, глаза слезились — я определённо выглядела как жертва газовой атаки, а не как успешная леди.

— Паспорт, пожалуйста, — голос администратора снова стал сухим и официальным.

Я выудила из сумки документы. Она придирчиво их осмотрела, а затем выложила передо мной целую кипу листов.

— Нужно всё заполнить.

— Вы серьёзно? — я окинула взглядом этот бумажный террор. — Я что, «Войну и мир» сейчас должна написать?

— Такие порядки, — отрезала она без малейшего намёка на сочувствие.

Я взяла ручку и принялась за работу, едва сдерживая желание чихнуть прямо на гербовый бланк. Анкета была дотошной до тошноты: тип жилья, сетки на окнах, годовой доход, стаж общения с «проблемными» животными… Я размашисто вписывала данные, мысленно проклиная всё на свете. Когда дошло до оплаты — точнее, «взноса на усыновление» в сто пятьдесят долларов, — я приложила карту к терминалу с таким чувством, будто плачу выкуп за заложника.

Но мои мучения только начинались.

— Хорошо, — девушка аккуратно сложила бумаги и спрятала их в папку. — Теперь по регламенту. В течение двух-трёх дней к вам приедет сотрудник для осмотра жилья. Нам нужно убедиться, что пентхаус безопасен, а окна защищены сетками.

— Проверка? — я выпрямилась. — У меня закрытая система кондиционирования и умный дом. Окна не откроются, даже если этот кот научится говорить, в чём я лично сильно сомневаюсь.