Книга Девиант, страница 33 – Гидеон Торн

— Ладно, пошли. Поднимемся на лифте на гору. В буклете писали, что там хищные растения. Всегда было интересно посмотреть, как нечто с виду безобидное может поглотить то, что выглядит куда опаснее.

Цербер воздержался от комментариев, лишь снова отдалился от меня на пару шагов, пока мы следовали к лифту. Наше хрупкое доверие постоянно выстраивалось так: мы то сближались, то отдалялись, как два одноимённых магнита, пытаясь преодолеть магнитное поле друг друга, не понимая, что оно у нас настолько одинаковое, что мы никогда не сможем соединиться.

Он был одинок среди андроидов. Я была одинока среди людей. Сами того не ведая, мы были похожи гораздо больше, чем хотели в этом признаться.

Всё было решено с субботней встречей с Джексоном — он ответил почти мгновенно, словно только и ждал моего сообщения. «С нетерпением жду», — гласил текст, и от этого энтузиазма у меня слегка свело скулы. Действительно ли я правильно поступила, обратившись к нему?

Но пока — визит к Чену. Адрес, который скинула Ева, привёл нас в «хартленды», один из тех спальных районов за пределами центрального делового округа, где жила основная масса сингапурцев. Место было неброское, ухоженное, но без намёка на роскошь. Стандартные многоэтажки, зелень между ними, детские площадки. Чен, судя по всему, был человеком среднего достатка — не бедствовал, но и не купался в золоте.

После того случая в «Gardens by the Bay» Цербер заперся в своей комнате и почти не выходил. На все мои попытки вытащить его — будь то предложение прогуляться или просто посидеть вместе посмотреть фильм — он отвечал одним и тем же ровным: «Я занят. Отстань».

Чем он мог быть занят? Для меня это оставалось загадкой. Иногда, проходя мимо его двери, я останавливалась и прислушивалась. Ни гула зарядки, ни звука движений — ничего. Тишина. У меня закрадывалось подозрение, что он просто сидит в темноте, изучая сеть. Зачем? Я не имела ни малейшего понятия. Но так он часто делал, когда нужно было что-то обдумать — погружался в цифровой океан данных, словно ища там ответы на вопросы, которые никак не давались ему.

Мы подошли к нужному дому — типичной HDB-многоэтажке. В Сингапуре около 80% населения живет именно в таких государственных квартирах, построенных Советом по жилищному строительству и развитию. Это не социальное жилье в нашем привычном понимании — не обшарпанные хрущевки с текущими крышами. Напротив, это вполне качественные, современные многоэтажки с хорошей планировкой и развитой инфраструктурой.

Возникал резонный вопрос: собственность или аренда? Ответ был своеобразным. Юридически жильцы владеют не квартирой, а правом ее аренды у государства на 99 лет. Однако сами сингапурцы считают это полноценным владением: квартиру можно продать, передать по наследству или сдать.

Как это работает? Вы покупаете не «аренду» в привычном смысле, а оставшийся срок пользования. Продавая квартиру, вы буквально передаете покупателю этот срок. Поэтому здесь существует огромный вторичный рынок таких «арендованных» квартир, которые ежедневно покупаются и продаются за сотни тысяч долларов. Умная система. Прагматичная. Очень по-сингапурски.

Квартира Чена была на первом этаже. Мы прошли по чистому, выложенному плиткой коридору, пахнущему моющим средством и слабой цитрусовой отдушкой, и остановились у двери под номером 8.