Книга Девиант, страница 55 – Гидеон Торн

Мне тоже стоило переварить услышанное — именно из-за этого я и не спала, лишь периодически косясь на мобильный.

И тут позвольте кое-что рассказать вам о бессоннице. А точнее — о том, как это происходит у меня.

Часы сменяют друг друга. Вот двенадцать ночи — ты ложишься и думаешь: «Ну, сейчас усну». Вот час — «Ладно, ещё терпимо, полночи впереди». Вот уже два, и ты начинаешь лихорадочно подсчитывать, сколько часов тебе осталось, если получится вырубиться прямо сейчас. Вот три, а надежда ещё теплится: «Может, получится? Есть ещё пару часов». Когда часы показывают четыре утра, ты уже ни на что не надеешься. Просто принимаешь факт и смотришь в потолок, даже не пытаясь закрыть глаза. И в какой-то момент перестаёшь понимать, бодрствуешь ты или дремлешь. Явь и сон смешиваются в голове в липкую, вязкую кашу.

Когда не спишь одну ночь — это терпимо. Когда так не спишь каждую ночь — это уже серьёзная проблема. Во-первых, начинает невыносимо болеть голова. Моё утро начинается с таблетки обезболивающего, проглоченной натощак под горький кофе. Во-вторых, я становлюсь раздражительной. Обычно я отлично себя контролирую и не даю эмоциям брать верх, но в последнее время ловлю себя на том, что срываюсь на мелочах. В-третьих, я медленнее принимаю решения. Тушуюсь. Прямо как сейчас.

Я снова перевернулась на спину и уставилась в потолок.

Многие говорят, что для того чтобы уснуть, можно считать овец. Но это абсолютно бесполезное занятие — я пробовала. Ещё можно слушать шум прибоя и пытаться правильно дышать. Серьёзно, существует целая медитация на этот счёт. Только она тоже ни черта не работала.

Ведь корень моей проблемы был прост: я слишком много думала. И сегодняшняя ночь не стала исключением. Меня пожирали мысли и сомнения из-за моей неспособности сделать выбор. А его нужно было сделать уже давно.

Кто я? Злодей или герой? Использовать полученную информацию, чтобы изобличить компанию или захватить её? Какая роль мне больше подходит? Я не знала. Несмотря на спонтанные вспышки щедрости, они никогда не шли от души. За каждым моим поступком стояла выгода. Эгоизма во мне было хоть отбавляй. Выросшая в семье, где дали всё, кроме тепла, я превратилась в человека, которого мало заботили чужие чувства. С годами я даже научилась ими манипулировать. Я могла быть другом, девушкой, союзником — до тех пор, пока мне это было нужно. Я использовала Еву, воспользовавшись её положением, но при этом носила маску подруги. Я была готова соблазнить Лима и спать с ним, лишь бы он согласился работать на меня, когда я захвачу контроль над компанией. Я помогала Церберу. Хотя отчасти действительно хотела помочь ему, главным для меня было то, что свою функцию телохранителя он выполнял безупречно. С ним я всегда чувствовала себя в безопасности. А это дорогого стоило: обычных людей всегда можно перекупить, а верную машину — нет.

Я могла быть кем угодно в этой игре, пока мне это было выгодно. И не испытывала ни малейших угрызений совести. Ни капли — до сегодняшней ночи.

Сейчас, глядя в этот дурацкий потолок, я впервые задумалась: а что, если Цербер не просто «мой телохранитель»? Что, если он действительно живой? И если я пойду по пути захвата, то стану не просто владелицей заводов, а... тюремщицей? Рабовладелицей? Буду продолжать дело деда — запирать живые мозги в титановые клетки, чтобы богатые клиенты могли «безопасно» удовлетворять свои любовные наклонности?