Книга Девиант, страница 64 – Гидеон Торн

Мои руки скользнули с его шеи на плечи, вцепились в ткань рубашки. Я чувствовала, как под ней перекатываются мышцы — полимерные, созданные для боя, но сейчас служащие совсем другой цели. Он наклонил голову, и его губы почти коснулись моего виска.

В этот момент самый технологичный клуб мира перестал существовать.

Не было ни лазеров, ни толпы, ни золотых горок. Был только вечно недовольный он и вечно невыспавшаяся я. Его подобие сердца билось под моими пальцами так же часто, как моё собственное. Был ритм музыки, проникающий в каждую клетку, и жар его тела, смешивающийся с моим.

Я запрокинула голову, глядя ему в глаза. В них горел тот алый огонь, который я видела лишь однажды — на пляже, когда он прижимал меня к себе и говорил, что отдал бы вечность за возможность почувствовать мою кожу под своими пальцами.

— Цербер, — прошептала я одними губами.

Он не ответил. Только прижал крепче, почти до боли, и закрыл глаза.

Когда последний аккорд трека растворился в гуле толпы, я не спешила отстраняться. Напротив, прижалась ещё плотнее, чувствуя, как его системы всё ещё выбивают быстрый ритм под моими ладонями. Его грудь вздымалась — имитация дыхания стала такой естественной, что я забывала: он не человек.

— Пойдём, — прошептала я ему прямо в ухо. — Я хочу на колесо. Прямо сейчас.

Я почувствовала, как он тяжело вздохнул — этот звук был красноречивее любых слов. Цербер явно был не восторге от перспективы оказаться запертым в стеклянной клетке, которая медленно ползёт вверх, лишая его возможности манёвра. Но спорить не стал — просто разжал объятия.

Не дожидаясь согласия, я переплела пальцы с его широкой ладонью и потянула за собой. Моя тонкая рука на фоне его запястья выглядела почти хрупкой, почти игрушечной, но сквозь расступающуюся толпу я вела его с уверенностью ледокола. Люди шарахались в стороны, стоило им увидеть белую фигуру, движущуюся за мной как тень.

Мы подошли к огромному Big Wheel. Очередь вилась змейкой, но оператор, заметив мой VIP-браслет и мрачную фигуру за спиной, тут же придержал кабинку. Короткий кивок, взмах рукой — и двери распахнулись.

Мы зашли внутрь, и за спинами с мягким щелчком закрылась прозрачная дверь.

Шум клуба мгновенно приглушился, сменившись едва уловимым гулом механизмов. Кабинка вздрогнула и начала медленный подъём. Я подошла к стеклу, глядя, как танцпол внизу превращается в копошащийся океан огней, люди становятся точками, а музыка — далёким, почти нереальным гулом.

Цербер остался стоять у двери — даже здесь не позволяя себе расслабиться. Я видела его отражение в стекле. Он смотрел на меня, и в этом взгляде было столько всего, что перехватывало дыхание.

Мы поднимались всё выше.

Я прижалась к стеклу, ощущая лёгкую вибрацию кабины. Внизу расстилался океан огней и экранов — сердце Сингапура, спрятанное за стенами развлекательного комплекса. Это был мир будущего, где каждый блик софита и каждое движение казались частью единого, идеально настроенного кода.

Я обернулась и протянула ему руку.

— Подойди ко мне, — сказала я тоном, не терпящим возражений. — Посмотри на них.

Цербер помедлил, но потом, словно махнув на всё рукой, подошёл. Встал рядом, почти касаясь меня плечом. Мы вместе смотрели вниз, где в экстазе бились тысячи людей, чьи проблемы и заботы сейчас казались мельче песчинки.