Книга Терапия для дракона, страница 112 – Майя Фар

Мы шли по широким анфиладам королевского дворца. На меня смотрели по-разному.

Кто-то с жалостью, кто-то со злорадством: жену генерала, которая сначала ушла от мужа‑калеки, а потом вернулась, при дворе разглядывали как диковинку. Но стоило чужому взгляду соскользнуть ниже, к камню-сердцу на моей шее, — и лицо неизменно вытягивалось. Улыбка гасла, брови ползли вверх, кто-то отводил глаза.

Но лица вытягивались у всех без исключения.

Я и сама удивлялась. Тусклый до того момента, как я его надела, камень светился, и свет в нём переливался, будто это был не камень, а сосуд с живой, текучей жидкостью. Я наклонилась к Итону:

— Почему они все так на него смотрят?

— Не обращай внимания, — ответил супруг.

Но он и сам, как я заметила, на секунду завис, разглядывая камень так, словно видел его впервые.

Мы вошли в большой зал, и я запрокинула голову раньше, чем вспомнила о приличиях. Потолок уходил вверх и терялся в синем, словно ночное небо, сумраке. Причём снаружи дворец совсем не казался таким огромным, а внутри простор был настолько грандиозным, что у меня перехватило дыхание.

— Какая тут высота? — не удержавшись, спросила я.

Итон хотя и взглянул на меня удивлённо, но всё же ответил:

— Высота первого взмаха.

И я поняла, что это высота, на которую поднимается дракон с первым взмахом крыла. В глазах супруга мелькнула боль, и я пожалела, что спросила.

Зал постепенно заполнялся, и в толпе я даже начала различать знакомые лица. Первая статс‑дама её величества, Лиадара Варлей, подошла сама и поздоровалась с Итоном, не забыв и обо мне: видно, что-то изменилось с нашей первой встречи.

И она тоже, не отрываясь, смотрела на камень-сердце.

Диссонирующим аккордом стало появление аэры Валенсии. Мачеха Итона вошла в зал, отыскала пасынка взглядом и тотчас двинулась к нам. Поздоровалась с Итоном, а меня предпочла не заметить.

Мне было всё равно. Я смотрела на её платье.

Шикарное, ярко-изумрудного цвета, оно очень шло под каштановые волосы Валенсии. Чувствовалась рука мастера. Явно, что и Валенсии это платье пошила риса Верея. Конечно, модель платья была совсем другая, а вот драгоценности, украшавшие его, были сильно похожи на те, что украшали и моё платье. И мне даже показалось, что выложены они в том же порядке.

Я украдкой обвела глазами зал. Больше ни на одном платье таких украшений не было. Только на мне и на ней.

— Итон, — обратилась я к мужу, — ты обратил внимание, что у Валенсии на платье те же драгоценности, что и у меня?

Итон не успел мне ответить: к нам подошёл один из тех людей, которые незаметными тенями сновали по залу. Простая одежда, без опознавательных знаков или каких‑либо украшений.

Он что-то коротко сказал Итону и отошёл.

— Оливия, мне только что сообщили, что твои родные в безопасности.

И хотя я почти совсем не знала ни Элению, ни Алисию, эта новость омыла меня тёплой волной. Мне стало легче дышать, как будто до этого момента на плечах лежал тяжёлый груз, а сейчас Итон одной фразой играючи его смахнул.

И, конечно же, я забыла ещё раз сказать Итону по поводу драгоценностей на платье Валенсии.

Канцлер Вердер, не успев появиться, тоже поспешил выразить нам своё почтение. Прошло уже минут сорок, но ни королева-мать, ни сам король пока не появились.