Книга Помолвка с препятствиями, страница 59 – Кати Владмар

Она поняла, что эпатаж на охоте не отпугнул меня, а вызвал противоположный эффект, и моментально сменила стратегию.

И, похоже, этот спектакль разыгрывался не для меня одного. Я замечал, как при каждом ее «Да, милорд» старый граф удовлетворенно кивал. Он видел в ее словах послушание, а я – чистый яд.

Это бесило неимоверно. Я, человек привыкший всегда получать желаемое, оказался в положении дурака, которого водят за нос. И при этом не мог бросить ей ни единого упрека, потому что формально она вела себя безупречно. Но мне-то от нее было нужно совсем иное.

К концу месяца я достиг такой степени отчаяния, что решился на немыслимый шаг. Проснувшись еще до рассвета, я сам оседлал Оникса и поскакал в Сент-Клэр. Я обязан был встретиться с ней вне привычных скучных декораций, в месте, где она не сможет прятаться за вышивкой и отцовским контролем.

Я спешился у ворот и пошел пешком через двор прямо к конюшням.

Расчет оказался верным, она была там рядом с гнедым жеребцом. Это был великолепный зверь. С идеальными линиями и мощной грудью. Теперь вблизи я мог рассмотреть его во всех подробностях. Но мое внимание было приковано к хрупкой девушке в простой льняной рубашке и старой юбке, которая сильными, уверенными движениями водила скребницей по короткой темно-коричневой шерсти.

Она улыбалась и что-то с нежностью нашептывала огромному жеребцу. Сердце взволнованно подпрыгнуло – это была она, настоящая.

— Доброе утро, Жанетт, – негромко произнес я, выступая из тени.

Она не вздрогнула и не отшатнулась, но ее лицо мгновенно стало таким холодным и отстраненным, что я вдруг позавидовал коню, которому она дарила больше тепла, чем собственному жениху.

— Лорд Рокуэлл, – ровным голосом произнесла она, возвращаясь к прерванному занятию. – Что привело вас в столь ранний час? Если вы хотели поговорить с графом, мой отец обычно спускается к завтраку не раньше девяти.

— Я приехал не к вашему отцу, Жанетт. Я хотел увидеться с вами.

Она даже не сбилась с ритма, методично счищая пыль с лошадиного крупа и всем своим видом показывая, что мой ответ ее совершенно не тронул.

— До подписания бумаг осталось меньше месяца, – продолжил я, стараясь говорить мягче. – А мы до сих пор общаемся в строгих рамках светских условностей. Мне хотелось побеседовать с вами в неформальной обстановке. Без притворства и давления этикета. Нам предстоит прожить вместе всю жизнь, а мы совершенно друг друга не знаем.

— В этом совершенно нет необходимости, милорд, – ответила она спокойно. – Мы знаем друг о друге самое необходимое: вы четко обозначили свои требования к будущей супруге, а я намерена беспрекословно им следовать. Вам совершенно не о чем беспокоиться. Что же еще нам обсуждать?

Ее слова были тихим, но болезненным возмездием. Я безошибочно распознал в них ядовитую суть собственных упреков, что бросал ей в лицо в первые недели знакомства.

— Жанетт, – я сделал глубокий вдох, заставляя себя умерить гордость. Я не собирался просить прощения, но ситуация требовала сделать шаг навстречу. – Я признаю, что вел себя неподобающе. То, как легко отец распорядился моим будущим, привело меня в негодование, которое не позволило мне оценить вас по достоинству. Но теперь все изменилось. Я увидел вас настоящую и понял, как много между нами общего. Уверен, мы станем отличной парой, если вы забудете наши прежние разногласия и согласитесь начать все сначала.