Книга Помолвка с препятствиями, страница 66 – Кати Владмар

Генри

Мир еще слегка покачивался после бешеной скачки. Оникс дрожал всем телом, шумно втягивая ноздрями сырой утренний воздух. Я машинально провел ладонью по его шее, стирая холодный пот с разгоряченной кожи.

Жанетт спрыгнула из седла легко, без всякой жеманности, будто бы только что не выиграла скачку, в которой ставкой было ее будущее, а выполнила привычную работу. Стянув с головы кепку, она вытерла лоб рукавом. В этот момент косой солнечный луч, пробившись сквозь облака, мазнул по выбившимся из косы прядям, и те вспыхнули теплой медью.

Я застыл, забыв на мгновение о проигрыше, его последствиях и обо всем остальном мире.

На вчерашнем балу она была прекрасна, как бывают хороши редкие драгоценности в закрытых витринах. Сейчас же в ней не было ни следа той выверенной безупречности, но мое сердце замирало при одном взгляде на нее. Раскрасневшаяся после скачки, с растрепанными, завивающимися у висков волосами, в перепачканных грязью сапогах она казалась мне восхитительнее любой столичной красавицы.

Но она даже не смотрела в мою сторону.

Все ее внимание было отдано коню.

Жанетт ослабила подпругу, провела ладонью под ремнем, проверяя не натер ли он кожу, потом начала отшагивать жеребца по кругу, не позволяя ему застыть на месте сразу после бешеного галопа. Максимилиан тяжело дышал, но послушно следовал за ней, тыча бархатным носом в ее плечо. В ответ она успокаивающе гладила его по шее и мягким голосом называла его хорошим мальчиком.

Я понял, что конь для нее значит гораздо больше, чем просто средство для победы надо мной. И еще то, что я впервые вижу ее такой. Нежной.

Это слово казалось почти кощунственным по отношению к женщине, которая методично разбивала мою гордость в пыль, но иного определения я просто не находил. Осознание того, что я наконец-то снова вижу ее настоящей, неодолимо потянуло меня к ней.

Подведя Оникса чуть ближе, я остановился в нескольких шагах. Мой жеребец еще всхрапывал и бил землю копытом, но уже начинал успокаиваться. Жанетт быстро осмотрела его. Именно его, не меня. И только потом подняла глаза на меня.

Я ожидал увидеть на ее лице торжество или насмешку, но там была только напряженная собранность человека, который ждет ответа на незаданный вопрос.

Ко мне вдруг пришло отчетливое понимание, что она ожидает от меня подвоха. Думает, что я начну выкручиваться, объявлю, что гонка была нечестной, или просто рассмеюсь ей в лицо, отказавшись от своих слов. И мне действительно ничего не стоило так поступить. Никто не знал о нашем пари. Мое слово против ее. Власть и влияние титулованного наследника против девушки, у которой нет ничего, кроме железной воли и страсти к лошадям.

Создатель, неужели я так низко пал в ее глазах?

Внутренности скрутило от стыда и горькой досады.

Желая немедленно развеять эти унизительные сомнения, я расправил плечи и шагнул к ней.

— Я проиграл, – сказал я твердо, глядя ей в глаза.

Она едва заметно выдохнула, но напряженность все еще не покидала ее.

— Вы сдержите свое обещание? – голос прозвучал ровно, но я уловил в нем тщательно скрываемую дрожь человека, чья судьба висит на волоске.

— Пари было честным, – ответил я, чувствуя как с каждым словом будто сбрасываю старую, отмершую кожу. – И я не стану оспаривать его исход только потому, что он мне не по нраву. Я сам согласился на ваши условия Жанетт, а значит нести ответственность тоже буду самостоятельно.