Книга Яблоневый сад попаданки, страница 12 – Алёна Мирова

Мальчик хотел возразить, но старик уже шагнул вперёд. Он поднял дверь, сорвал её с оставшейся петли и прислонил к стене. Из тёмного проёма пахнуло пылью и старой золой.

— Заходить можно, — объявил Маркус после осмотра. — Крыша пока держится. На дальнюю балку не наступать, лестницу не трогать.

Внутри было прохладно. Вдоль стен тянулись кирпичные лежанки с узкими воздушными каналами. В центре стояла печь, над ней висел почерневший колпак. На полу валялись металлические сетки и деревянные рамы. Часть сгнила, но десятка два выглядели целыми.

Я провела пальцем по одной. Под слоем пыли обнаружилась мелкая бронзовая сетка.

— Если вымыть и проверить крепления, использовать можно.

— Печь треснула, — Маркус постучал по кирпичу. — Топить опасно.

— А на солнце?

— Яблоки мухи съедят раньше, — ответил Шелест. Он сидел на подоконнике и осторожно вытаскивал из шерсти репей. — У вас здесь мухи размером с амбар.

— Сетку можно накрыть тканью.

— И получить яблоки со вкусом пыли и старой простыни.

— Вы предлагаете решение или только критикуете?

Шелест снял последний репей и бросил его на пол.

— В малой кухне есть тёплый шкаф. Леди Эстель сушила там травы. Камень выдохся, но в нём осталось немного жара. На пробную партию хватит.

Беата, шедшая позади нас, остановилась.

— Этот шкаф закрыт пятнадцать лет. Ключ потеряли.

— Ключ под третьей плитой у печи, — сообщил хранитель. — Вы, люди, удивительно плохо ищете вещи, на которые я смотрю каждый день.

— И вы пятнадцать лет молчали?

— Меня никто не спрашивал.

Беата шумно выдохнула. Я велела Томасу и Нелли выбрать десять целых рам, а Маркусу — найти тележку. Шелест спрыгнул с окна и пошёл впереди, высоко подняв хвост.

— За мной, хозяйка. Покажу, сколько полезного вы забыли в собственном доме.

— Я здесь второй день.

— Это не оправдание. Я второй день разговариваю и уже успел узнать, что ты бедная, упрямая и не умеешь одеваться без помощи.

Нелли засмеялась. Томас тоже улыбнулся, но сразу отвернулся к раме.

Ключ действительно лежал под третьей плитой. Беата вытащила его щипцами, отмыла и открыла узкую дверцу в стене малой кухни. Внутри помещались четыре рамы. На задней стенке тускло краснел овальный камень, окружённый медными линиями.

— Тепляк старой работы, — сказала экономка. — Такие почти не делают. Мастер может восстановить, если кристалл не лопнул.

Я поднесла ладонь. От шкафа шло слабое тепло.

— Для начала хватит. Нужны ножи, чистая вода, ткань и яблоки без гнили. Много не собирайте, — предупредила я детей. — Только по одному ведру. Берём упавшие сегодня, целые и твёрдые.

— Как узнать, когда упали? — спросила Нелли.

Шелест вытянул лапу.

— Я покажу. У свежих кожица прохладная, хвостик зелёный, а вмятина ещё светлая. И не тащите мне червивые. Я хранитель сада, а не сторожевая курица.

Дети убежали за вёдрами. Я вернулась в дом разбирать гардероб.

Три сундука оказались только началом. В шкафу висели шёлковые платья, два дорожных костюма, меховая накидка и десяток плащей. Цвета радовали глаз, отделка стоила дорого, но половина нарядов выглядела неудобной даже на вешалке. На дне одного сундука нашлись туфли с каблуком такой высоты, что прежняя Алина, вероятно, ненавидела свои ноги.

— Это новое, — Беата подняла лиловое платье. — Вы заказали его к осеннему балу. Счёт ювелира связан с поясом для этого наряда.