Книга Яблоневый сад попаданки, страница 10 – Алёна Мирова

Шелест вышел на дорожку с яблоком в лапах. Нелли выглянула из-за брата и улыбнулась.

— Ты заговорил!

— Пришлось. Без меня взрослые опять довели бы сад до приличного вида лет через двадцать.

Девочка выбежала на крыльцо. Томас поймал её за плечо, но остановить не успел. Она спустилась к Шелесту и присела перед ним.

— Я думала, ты немой.

— А я думал, ты умеешь расчёсывать волосы.

Нелли коснулась спутанного колтуна на затылке и смутилась. Я присела рядом.

— После завтрака Беата поможет, если разрешишь.

— Не надо, — сразу сказал Томас.

— Тогда я помогу, — предложила я. — Или ты. Волосы придётся распутать, иначе их останется только обрезать.

Мальчик посмотрел на сестру, затем отступил от двери.

— Маркус может войти.

Внутри сторожка выглядела хуже, чем снаружи. Одна комната, закопчённая печка с треснувшей плитой, два тюфяка на полу. В углу стоял мешок с яблоками, рядом лежала банка орехов и несколько морковок. Дети собрали две кружки, старый чайник, нож и жестяную тарелку. Все вещи были чистыми, насколько это позволяли вода и песок.

Я ничего не стала трогать. Поставила кашу на низкий стол, дождалась, пока дети сядут, и отошла к окну.

Маркус проверял доски, надавливая длинной палкой. У печи дерево провалилось с первого удара. Нелли вздрогнула и перестала есть.

— Я починю, — быстро сказал Томас. — Мне нужна доска.

— Здесь менять половину пола, — ответил Маркус, присаживаясь у дыры. — И трубу. Дождь начнётся — дым пойдёт внутрь.

— Мы не мешаем.

Томас отложил ложку. Его лицо стало упрямым, но под столом он сжал руку сестры.

— Я этого не говорила, — напомнила я и села напротив. — В восточном крыле дома есть маленькая спальня. Окно целое, печь работает. Вы можете пожить там, пока Маркус чинит сторожку.

— А потом?

— Не знаю. Мне нужно выяснить, есть ли у вас родственники и кто отвечает за сирот в Ремее. Я не отдам вас первому человеку, который придёт с бумагой.

— Господин Тейс придёт.

— Тогда пусть сначала поговорит со мной.

Томас изучал моё лицо. Я выдержала взгляд и не стала обещать, что дети навсегда останутся со мной. Вчера я сама не знала, останусь ли здесь к концу месяца.

— Мы будем работать, — сказал он. — Я могу собирать яблоки. Нелли тоже.

— Работать можно после еды и сна. За тяжёлую работу взрослым платят. Детям дают посильные дела и учат читать.

— Я умею читать, — обиделся Томас.

— Хорошо. Тогда поможешь сестре.

Нелли опустила голову над кашей. В её тарелке осталась половина. Девочка незаметно переложила густой комок в кусок ткани, лежавший на коленях.

Я сделала вид, что не заметила. Когда она спрятала свёрток в карман, подвинула к ней хлеб.

— Этот тоже возьми. На потом.

Нелли замерла.

— Правда?

— Правда. На кухне есть ещё.

Это было небольшое преувеличение. Хлеба хватало до среды, если никто не ел лишнего. Но сегодня мы разберём платья, а завтра я собиралась заняться яблоками.

Дети согласились перейти в дом до обеда. Они собрали вещи в старую наволочку, Томас взвалил мешок с яблоками на плечо. Я хотела предложить помощь и передумала. Пусть сам решает, что доверить.

В восточном крыле Беата уже открыла окно и сняла полотна с мебели. Комната была небольшой, с двумя узкими кроватями. На одной лежало чистое бельё, на второй — стопка одеял. Нелли остановилась у порога.