Книга Замуж за зверя. Попала!, страница 107 – Каролина Бром

— И когда они уйдут? — спросила я, боясь услышать самое нежелательное. И услышала.

— Как только дело будет кончено.

Я крепко задумалась, опустив голову. Начала пальцами мусолить подол, чтобы справиться с неприятными эмоциями.

Первым порывом было выйти и всех разогнать по домам, не жалея отборных слов. Но тогда родные Златы могли что-то заподозрить. А другим людям ничего не мешало обвинить меня в неуважении местных порядков.

А я же не просто какая-то жительница общины, я — дочь старосты. Значит, будет максимально странно.

Однако и исполнить свой супружеский долг я теперь не могла, зная, что снаружи любопытные носы ходили. Я чувствовала себя подопытным кроликом в прозрачной клетке. Желание, разумеется, напрочь пропало.

— У меня не получится… пока они там… — пробормотала я, не поднимая глаз. — Мне стыдно…

Я услышала, как Адамир тяжело вздохнул и почесал затылок, думая. Удивительно, но кажется, моя проблема стала теперь общей. И как настоящий, заботливый муж он размышлял как мне помочь.

В итоге подошёл, наклонился ко мне и спросил тихонько:

— Не кручинься, Злата. Ты же у нас недаром Соловушка, а?

— Ну да, а что? — я подняла взгляд полный любопытства. — Ты что-то придумал?

— Концерт твоим родичам дать надобно… Громкий. Смогёшь?

Он подмигнул и улыбнулся так тепло, что выступившие небольшие морщинки на его лице стали напоминать лучи солнышка.

Милая Злата глядела во все очи и раздумывала над моим словом. А я не мог и на миг взор от стана её нарядного оторвать. До чего же бесценный, хрупкий дар оказался в моих неотёсанных ручищах!

Боги… Досель в это не верил! Не иначе как чудо. Может, я спал?

Нет. Запах сожжённых жрицею трав мешался со вкусом её кожи, оставшимся на моих устах. Бодрил поболе, чем прыжок из бани прямиком в здоровый снежный сугроб морозной зимой.

Злата — отныне моя жена. Моя кровиночка.

Кровь варилась от одного на неё взора. Никому не отдам… От всех невзгод укрою, даже от самого себя, коль будет надобно.

Но, чего таить, то, как она испужалась голос невестки за дверью, испужало чутка и меня. Я же тяготел к ней! Не только душою, но и телом. А потому решил сперва, что это оттого, что не желает она делить одр со мною.

Да оно и понятно… Я — здоровый, неприглядный мужик, да ещё и намного её старше. Какая красавица в уме захочет? И всё ж горькая, как полынь, обида взяла за сердце.

Злата ведь до свадьбы так глядела на меня, так просила её себе забрать, так на целования мои отвечала... Нет, не могла она передумать, не могла обманывать. И глазёнками своими так и говорила, что страшилась не меня, а именно обычная.

Да как же так? Неужто она о не ведала? У неё ж два брата женаты, поди должна была… Мож, от волнения запамятовала?

Видал, как ей не по себе, как побледнела. Сердце дрожало, и давить я сейчас не желал. Не выйдет ничего толкового, ежели будем продолжать. Вот и предложил ей потешиться. Развеять страх, зевак спровадить…

Мы же теперича вместе на всю жизнь! Стало быть, боги ещё немало ночей любовных нам подарят. Успеется.

Всё ж хотел, дабы она мне вся отдалась. Приняла не одним телом, но и разумом. Сполна… Ни о чём боле не думала, окромя меня.

А покуда она так тревожна, этому не бывать. Выходит, лучше обождать.

— Хех… ну ладно, давай попробуем, — согласилась Злата, подумав. — А что надо делать?