Книга Дом Зверя, страница 34 – Мишель Вон

Придется ему показать: с желаниями стоит быть осмотрительнее.

Восемь лет спустя

Нынче утром мавзолей был прекрасен. Из окон в потолке струились бледно-желтые лучи солнца, озаряя беломраморные залы. Черные и золотые гробы старых героев Авера, предыдущих Дланей Зверя, мирно покоились в темных альковах под охраной собственных мечей. Было еще слишком рано и прохладно, вокруг царила тишина, слышалось только мое дыхание да отдаленное пение птиц.

Я сидела на скамье посередине зала, держа на коленях меч. Оружие тонкой работы, обычной для Дома Авера черной стали – несомненно, он был самой красивой вещью, которой я владела, – не считая моей руки. Вчера вечером я как следует его начистила, а сегодня проснулась рано, чтобы одеться и подготовиться; до важного мероприятия оставалось несколько часов, и я забрела сюда.

В мавзолее я бывала нечасто. Прошло столько лет с тех пор, как меня привезли в Дом Авера, но я по-прежнему старалась держаться подальше от главного поместья. Сегодня все по горло ушли в праздничные приготовления, так что вряд ли меня тут кто-то потревожит. Здесь были только я и мертвые старикашки, мои предки; уверена – если бы могли, они бы меня прокляли. В глубине души я даже ждала этого, но гробы безмолвствовали, а их обитатели, которые сгинули за этот хваленый Дом, упокоились там навечно.

Вдруг со спины меня обняли чьи-то руки. Астер склонился ко мне и опустил подбородок на мою макушку; его тяжесть была привычной, меня окутало знакомым теплом.

— Там, снаружи, тебя слуга ищет, – сказал он.

Астер рос рядом со мной, будто опухоль. Он уже не был тщедушным сорванцом, каким со мной подружился. Теперь Астер выглядел красивым юношей на пороге взрослой жизни. Однако и траурные одежды, и прежняя озорная улыбка, с которой он сейчас на меня смотрел, все еще были при нем.

— Сколько у меня времени?

— Хватит, чтобы похандрить еще немного, – со смешком в голосе заявил Астер. Он ласково прижался щекой к моим волосам. – Он должен отвести тебя в главный храм, но ему не хочется находиться в твоей компании.

Я фыркнула.

К девятнадцати годам моя дурная слава в Доме Авера разрослась пышно, словно плесень. Все вокруг слышали о бастардке лорда Зандера – той, которая как-то украла ценное фамильное серебро, оторвала стражнику голову, а потом набросилась на собственного отца – и все это без малого за неделю пребывания в поместье. Среди прочего она имела привычку огрызаться с челядью и беседовать с пустотой. Мои слуги часто чередовались, не желая долго со мной оставаться, а учителей сменилось уже трое.

В основном виноват тут был Астер. Когда он мне только явился, я восторгалась тайной его существования и тем, что вижу его только я. Но потом кое-что случилось: как-то Астер сбил с ног одного особенно высокомерного слугу, а тот, обернувшись, увидел одну лишь меня. В другой раз Астер захлопнул за моим учителем дверь – а я находилась в противоположном конце комнаты; бедняга перепугался до полусмерти.

— Хватит, перестать! – зашипела я ему, когда учитель едва ли не в слезах выбежал из гостевого домика. Ясное дело – помчался к моему отцу, а значит, меня снова отчитают за дурное поведение, и слуги опять будут перешептываться. Очередная жертва чокнутой грязнокровки Авера, которая обожает проливать свой кофе и без повода ругаться на мебель.