Книга Жена дракона. Ты не поверил мне дважды!, страница 76 – Кристина Юраш

Я невесело усмехнулась, стряхивая воду с ресниц.

— Я заметила.

— И он вам ни капельки не верит.

Что-то болезненно дрогнуло внутри, словно лопнула последняя, истончившаяся струна.

— Я знаю.

Голос предательски треснул, выдавая всю мою хрупкость. Несколько секунд мы шли молча, и только звук наших шагов по воде нарушал тишину. Потом я не выдержала этого давящего молчания.

— Но ты-то мне веришь, Харджес?

Он остановился. Дождь тихо, монотонно шелестел по натянутой ткани зонта. Старик смотрел вперед, его взгляд был прикован к мокрой дорожке, к темным лужам, к чему угодно, только не ко мне.

— Я не знаю, мисс, — тихо ответил он.

Сердце болезненно кольнуло, но почему-то именно этот ответ оказался легче самой сладкой лжи. Харджес всегда был честным человеком. Он не стал бы клясться в том, в чем не был уверен до конца.

— Пусть я выгляжу иначе… — тихо произнесла я, глядя на свои грязные, дрожащие руки. — Пусть это звучит безумно… Но я правда не знаю, как объяснить то, что произошло. Я не помню, как это случилось.

Горло сжалось спазмом. Я невольно подняла взгляд на особняк. Светящиеся окна, знакомые до боли силуэты башенок, высокие стены. Дом. Мой дом. Когда-то.

— Вернуться домой и узнать, что ты здесь больше никто… Это больно, Харджес. Больнее, чем умирать.

Дворецкий тяжело вздохнул, и его плечи поникли. Потом он словно решился на что-то, выпрямился и встретился со мной взглядом.

— Герцог велел позвать вас обратно.

Я замерла, не веря своим ушам.

— Что?

— Господин приказал дать вам какую-нибудь работу.

Работу.

Я невольно рассмеялась. Тихо. Горько. Звук вышел похожим на всхлип. Еще вчера я была полновластной хозяйкой этого дома, чье слово было законом. Сегодня мне предлагают должность служанки. Какая удивительная, издевательская штука — судьба.

— Следуйте за мной, мисс, — произнес он, поворачиваясь к поместью. — И если есть документы, то я бы попросил вас их предоставить. О, у вас есть справка? Справка подойдет. Главное, чтобы официально.

И я пошла. Потому что выбора у меня все равно не было. Это была моя единственная ниточка, связывающая меня с миром, который я потеряла.

Комнатка для слуг оказалась маленькой, но удивительно теплой. И чистой. И уютной.

У окна стояла узкая, но аккуратно застеленная кровать. Небольшой деревянный шкаф, простой стол, стул с мягкой спинкой и маленький камин, в котором весело, почти вызывающе потрескивали дрова, разливая по комнате золотистый, живой свет.

Я застыла посреди комнаты. Когда-то, в своей прошлой жизни, я бы назвала такие условия бедностью, достойной лишь презрительного вздоха. Сейчас это казалось невероятной роскошью. Крыша над головой. Тепло. Безопасность.

Может, и правда? Я понахваталась высокомерия? Может, это урок не только для Ильмаара, но и… и для меня?

Сколько раз я ловила себя на мысли, что меня пугает та самая гнетущая бедность, которая иногда попадалась на улице. Сколько раз я проезжала мимо нее? А сколько раз откупалась, вручая в грязные руки монеты сквозь платочек? Я ведь делала это не от чистого сердца. Это было что-то вроде ритуала откупа. Дескать, смотри, судьба! Я хорошая! Я помогла!

Эта неприятная мысль заставила меня задуматься.

— Там есть горячая вода, — произнес Харджес, ставя подсвечник на стол. — Я принесу вам сухую одежду. Ваше платье совсем промокло, вы можете простудиться.