Книга Синь-камень: лекарство от одиночества, страница 33 – Татьяна Снежко

Я хотела ответить, но лишь прохрипела и схватилась за горло. Черт бы побрал этот десерт от красавчика! Про любимый шоколад придется пока забыть – прости, мой сладкий. А пирожные – это вообще настоящий яд. Навсегда запомню жуткий соленый вкус белого шоколада с икрой… Ну все! С этого дня белое не ношу и не ем.

— Хотите, я вам чаю сделаю? – снова спросил Ярик.

Я кивнула. Он включил чайник и достал из шкафа банку. Я внимательно наблюдала за его плавными движениями, в то время как Ярослав заваривал скрученные листья и бутоны цветов.

— Даже представить не мог, что на икру может быть аллергия. Вы не обижаетесь на меня?

Я помотала головой. Жизнь, как оказалось, может быть слишком коротка, чтобы обижаться. Хотя наше первое знакомство с моим будущим мужем не заладилось, но думаю, такой красавчик, еще и талантливый повар, успеет не раз удивить меня – в хорошем смысле. Поняв, что я сегодня не разговорчива не из-за плохого настроения, Ярик протянул мне блокнот и ручку.

Я написала сразу все вопросы, мучившие меня: кто меня спас и что со мной было?

— Извините, я и сам не понял, что произошло, – виновато улыбнулся Ярик. – Мой дядя так вовремя оказался здесь, он-то и спас вас. Простите меня за этот злополучный десерт.

И как отказать такому красавчику, когда он смотрит на меня большими грустными глазами? Ярик подвинул ко мне чашку, и нос защекотал умопомрачительный аромат чая.

Ярик тем временем решил сделать мне предложение, от которого было сложно отказаться:

— С этого дня вы наш почетный гость. Можете жить в той комнате совершенно бесплатно столько, сколько захотите.

Но в той комнате явно кто-то жил. Он ведь не предлагает мне спать с ним на той огромной кровати? Или предлагает?

— Это комната дяди, но он вечно пропадает в лесу, так что она по большей части пустует, – заметив озадаченность на моем лице, успокоил Ярослав.

Я согласилась. А почему бы и нет? Оплачивать жилье все равно было нечем. Спать не хотелось, и я решила не терять время – сбегать к Синь-камню. Но хозяин этого дома-бара и по совместительству бариста отговорил, сославшись на мое состояние. Он предложил вместо прогулки посидеть в беседке на озере и даже заботливо накинул мне на плечи свой белый пиджак. Какой он все-таки милый!

Я вышла из дома и глубоко вдохнула. Запах хвои и водной свежести расслаблял и успокаивал. Как же здесь чудесно! Затем я прошлась вдоль берега и заглянула в большую деревянную беседку. И оказалась в ней не одна – в дальнем углу сидела старушка в бандане, с длинными седыми космами. Жуть! Точь-в-точь как Баба-яга. Она разложила на столике травы и, поднося к лицу и обнюхивая длинным носом каждую веточку, укладывала в их кучки.

— Деточка! А ты откуда здесь? – не поднимая головы, спросила она.

Я в ответ прохрипела. Яга подняла голову:

— А-а. Вот оно что. Немая. Приехала к Синь-камню. Хочешь научиться разговаривать?

Я кивнула. А что я могу еще сказать? Какая разница, говорить или видеть мир цветным – приехала со своей болью. Она права.

— Иди сюда. Садись возле меня, я тебе расскажу, как нужно сделать. А то люди и сами не знают, чего хотят – то ли стать миллионерами, то ли с бабами спать, то ли жить без труда и хлопот. С ума все посходили. Ты же не замужем? А я вот родила без брака и живу себе и радуюсь. – Она хрипло засмеялась.