Книга Стану Солнцем для Тебя, страница 131 – Никтория Мазуровская

* * *

Костя тихо вошел в квартиру, закрыл аккуратно дверь, стараясь сильно не шуметь. Думал, что домашние уже спят, он сегодня на работе застрял практически до ночи. Устал, как собака, голова гудела, в глаза, будто кто-то песка насыпал.

Устал.

Давно таких проблем в компании не было. Да что там давно? Никогда они не думали о промышленном шпионаже, но третий подряд, проигранный тендер на крупный госзаказ… это уже не просто плохо разработанная концепция и план. Это уже не случайность, мать их так. Это тенденция, и для них она была, мягко говоря, хреновой.

Служба безопасности стояла на ушах вторую неделю, они с Димой из офиса практически не вылезали, только чтобы семье уделить время, и все.

Отпуск он хотел? Уже там практически, ага.

Было интересно, что ж это за сука такая продажная у них завелась?

Вот, для абсолютно полного пизд*ца в жизни, ему не хватало только утечки информации в собственной компании.

Час от часу не легче.

А дома он полноценно расслабиться не мог.

С Ильей никаких проблем, у них было полное взаимопонимание.

Но Марина… он и не думал, что будет легко, не в их ситуации и не с их характерами, но все же рассчитывал хоть на какую-то попытку от нее наладить отношения. А вместо этого она злилась на него. Закрывалась и злилась. Костя уже не знал, с какого боку к ней подойти, чтобы по больному не топтаться.

Снял ботинки, куртку, и прошел в полутемную гостиную.

Да, все уже давно по койкам разбежались, время половина первого ночи. Илюхе завтра рано в школу, надо его самому отвезти, со всеми этими шпионскими играми он не успевал уделять сыну достаточно времени, а потом, может, и днем снова вырвется, и сводит своих в ресторан пообедать. Маришке будет полезно в люди выйти, а то ещё подумает, что он ее на домашний арест посадил.

Хотя, может она так и думает.

Не понимал, почему она на него злится. Все же для нее, для них. Все. Он для нее и Ильи жил, работал. Существовал для них.

А она на него злилась.

Костя не просил ее сидеть дома и не работать. Не просил.

Просто сказал, чтобы была аккуратней, чтобы думала о последствиях, когда собиралась проворачивать очередную сделку или договор. Чтобы не забывала о своем здоровье.

Мариша просто взяла и засела дома, обложилась бумагами и заперлась в четырех стенах.

Они жили вместе, спали вместе, но он чувствовал, что ее злило его присутствие, злили его действия или бездействия.

Пытался с ней говорить, а добивался в итоге: «Все хорошо, не волнуйся». Упрямица чертова.

Но любил же ее. Не мог уже представить без нее себя и своей жизни. Рвался к ней. Каждую свободную минуту рвался к ней, чтобы рядом была, чтобы прикоснуться можно было, своими глазами увидеть этот хмурый рассерженный взгляд…

— Привет!

В гостиной возле дивана мягко вспыхнул торшер, и он смог увидеть, сидящую на диване Маришку, в милой смешной пижаме то ли с зайчатами, то ли с кроликами, но выглядела она по-домашнему тепло и мило. Руки зачесались, так захотелось к ней прижаться всем телом, чтобы согрела его в объятиях, чтобы сама потянулась к нему.

— Ты чего не спишь?

— Не знаю, не спится, – она выдавила это сквозь сжатые зубы, почти зашипела на него и глазами зло сверкнула, поднялась с дивана и пошла к лестнице, – Ладно, ужин на столе, а я спать.

— Марин, ты чего? – его до костей пробрало этим ледяным безразличным тоном, что она говорила про ужин и спать.