Книга Стану Солнцем для Тебя, страница 76 – Никтория Мазуровская

— Со мной все хорошо.

— Да, это я уже успел услышать, что тебе хорошо, – едко заметил он и отвернулся от нее. – Если бы ты только сказала…, нам могло бы быть намного лучше, ты же знаешь, да?

— Я не хочу все усложнять еще больше, Костя. Нам это не нужно.

— Почему?! – резко повернулся к ней и схватил своей рукой ее за шею, приблизив их лица слишком близко, друг к другу. – Почему, черт тебя подери, ты решаешь это за меня?!

— Ты можешь быть необъективен к ситуации. Ты не понимаешь, каково это жить в ожидании, думая, что этот день может стать последним не только для тебя, но и для других. Я не боюсь умирать…, я боюсь, что вам всем будет из-за этого больно. Понимаешь?

— Значит, не хочешь причинять мне боль?! Почему? Мне кажется, я заслуживаю наказания!

Ей точно не послышался пошлый намек в его словах, но вот только его глаза были серьезными, хоть и губы кривились в улыбке.

— Не хочу, – прошептала, перевела взгляд на его губы и не удержалась, приблизилась еще ближе, легонько к ним прикоснулась, лизнула уголок губ, и с улыбкой отметила, как Костя от этой невинной шалости весь задрожал, – я очень не хочу этого, Костя.

— Как соблазнительно ты об этом говоришь, милая, – он уже шептал, голос подрагивал, как и весь он. И его руки свободно бродили под полами, распахнувшегося халата.

Марина прерывисто дышала, вновь смотрела в потемневшие и ставшие темно- серыми глаза, не сопротивлялась, когда он полностью развязал пояс халата и открыл своему взгляду ее грудь с затвердевшими сосками.

Не сдерживала стона, когда он, склонившись, поцеловал упругую вершину и горячим языком обрисовал абрис соска.

Костя вздрогнул от ее стона и прикусил легонько грудь, а рукой аккуратно пробрался под тонкое кружево трусиков и сжал ягодицу.

Марина тоже не могла утерпеть, расстегнула мелкие пуговицы у него на рубашке, ногтями царапнула его по прессу, медленно, ладонями, спустилась вниз к ремню брюк. Вытащила рубашку, при этом, прикусывая себе губы, практически до крови. Но, Костя не собирался останавливаться на достигнутом, и мучил уже вторую грудь, своим горячим дыханием и губами.

Расстегнула ремень и, наконец, ладонь нырнула под резинку трусов.

Ее саму обожгло таким жгучим желанием, когда Костя весь, под ее руками, задрожал и не смог сдержать довольного рокота, вырвавшегося из груди!

Плоть была каменная, твердая и горячая, и Костя толкался ей в руку бедрами, имитируя совсем другие толчки. Перед глазами потемнело, и стало плевать на уговоры и аргументы, которые она же сама ему говорила пару минут назад, до этого чувственного безумия.

— Если ты не остановишься, я не смогу сдержаться, Марина! – простонал он, и опять опустился к ее груди, срывая с губ очередной блаженный стон.

— Боже!

Она рукой стиснула его плоть сильней, и провела вниз по всей длине, повторила движение, потом еще раз и еще, а после, просто подобралась к нему ближе и заставила лечь на кровать.

— Что ты…

— Чшш… – приложила пальцы к его губам, склонилась и поцеловала, смешивая их дыхания, вкусы.

Потом спустилась к шее, провела языком по бешено стучащей жилке, груди, рукой погладила рыжую поросль волос, задела пальцами соски, пресс. Не обделила вниманием ничего, но, когда спустилась губами к его животу, сама уже не соображала, и только изнывала от жажды, сглатывая слюну в предвкушении.