Книга Тайное книжное общество, страница 4 – Маделин Мартин

Один кивок служанке в зеркале – и ожерелье гнетом придавило тугой ворот-стойку будничного платья. За ним последовали сережки, оттянувшие мочки ушей грузом обременительного состояния Сесила.

Миссис Кларк выдвинула средний ящик комода, чтобы достать баночку с кремом для рук: ее кожа всегда становилась сухой и стянутой в зимние месяцы. Рядом с маленькой баночкой она увидела загадочный листок, сложенный пополам. На записке изящным почерком было выведено ее имя.

— Беннетта, что…?

Служанка приложила палец к губам и подмигнула.

Сердце Элеоноры снова затрепетало; по коже под длинными, прилегающими рукавами пробежали мурашки.

Секрет?

У нее никогда не было секретов. Вся ее жизнь протекала под пристальным наблюдением. Каждое слово, каждый ее поступок обязательно оценивался мужем, и только он решал, достойны ли они его внимания или не заслуживали его.

И в большинстве случаев Сесил склонялся ко второму.

Элеоноре не позволялось иметь секретов.

Ее плечи приподнялись, она ссутулилась, чтобы прикрыть записку – даже несмотря на то, что она находилась в своей личной комнате. Тугая ткань и точный крой платья сковывали движения, но Элеонора все-таки преодолела неудобство и склонилась над посланием.

В лучах солнца, героически пробившихся сквозь серую пелену мрачных туч, застивших небо, ярко блеснула печать: золотая веточка кружева королевы Анны, оттиснутая на твердом зеленом воске. Подсунув под нее палец, женщина аккуратно, не нарушив его целостности, оторвала глянцевый кружок от пергамента и пробежала глазами текст:

«Сердечно приглашаю Вас в Тайное общество любительниц книг.

Миссис Кларк, я умоляю Вас хранить эту переписку в строжайшей тайне. Я часто вспоминанию нашу встречу трехлетней давности – не только в силу общности наших интересов, в частности, любви к книгам, но и по причине схожести наших жизненных обстоятельств. Перемены, происшедшие в моей жизни, сделали меня владелицей обширной библиотеки: романов, написанных женщинами о женщинах, реальные прототипы которых решились на открытое неповиновение своим отцам и мужьям, а также книг, созданных моими ревностными усилиями. Мне хочется разделить эту коллекцию – эту свободу читать – с Вами и еще несколькими нашими сверстницами, выбор которых предопределили их благоразумие, рассудительность и осмотрительность. Более подробно я объясню Вам все на нашем собрании в следующую среду.

В дополнение к этой частной записке Вы получите официальное приглашение на чаепитие – занятие, которое ваш супруг, несомненно, сочтет обычным и уместным для женщины Вашего круга. Надеюсь, Вы его примете.

С почтением,

Клара Чемберс, графиня Даксбери».

Листок задрожал в руке Элеоноры. «Тайное общество любительниц книг», – выдохнула она. Миссис Кларк не забыла встречу, о которой упомянула в своем послании графиня. Они обе присутствовали на одном благотворительном мероприятии, призванном привлечь внимание к проблемам с жильем у малообеспеченных слоев населения. По его завершению обычно очень бережливая миссис Колтинг умыкнула тонкую льняную скатерть кобальтового цвета.

«Мне вдруг вспомнилась миссис Норрис из „Мэнсфильд-парка“ с ее зеленым занавесом для пьесы, которую так и не сыграли», – сказала Элеонора, сама толком не осознав, что побудило ее заговорить. Она вроде бы только подумала об этом, но слова сами слетели с языка.