Книга Библиотечный шпион, страница 7 – Маделин Мартин

Или, скорее, не ждет.

Жозеф.

Прошли два дня и одна ночь с момента их ссоры, самой ужасной из всех уже случившихся. Слова обладали силой, и, охваченная гневом, Элен обрушила на мужа всю их мощь.

Жозеф сражался и многое потерял в Первой мировой войне, а после увиденного под Верденом стал пацифистом. Блестящий химик, именно своим талантом он некогда привлек Элен, которая только-только закончила школу секретарей.

Сейчас она старалась не смотреть на размазанное голубое пятно на стене их дома. Изначально здесь значилась V–Victoire, еще один символ французского подполья и вестник того, что Сопротивление однажды одержит победу. Именно рука Элен начертила эту букву на выщербленном камне, укрепляя ее волю к борьбе. Ее пальцы все еще помнили ощущение сухого шершавого бруска голубого мела, который она частенько носила в сумке. Вроде бы такой пустяк, но это был единственный способ заявить о своей позиции, потому что Жозеф следил за каждым ее шагом.

Жозеф и тогда поймал ее на середине процесса, и его обычно безмятежное лицо исказилось от гнева. Ссора вспыхнула, едва они переступили порог квартиры, и именно тогда Элен дала волю словам, не стесняясь в выражениях.

Напряжение, в котором постоянно находились они оба, взорвалось, как вулкан, породив поток яростных упреков. Жозеф бранил ее за то, что она не соответствует образу француженки, пропагандируемому режимом Виши, – добропорядочной жены, матери и хозяйки, которая слушается своего мужа. При том, что она никогда и не соответствовала этому образу, и Жозеф никогда и не думал требовать от нее подобного. Более того, режим Виши сотрудничал с нацистами, а Элен хотела с ними бороться, поэтому подобное обвинение стало последней каплей, и в приступе ярости она заявила, что Жозеф – трус, раз отказывается присоединиться к Сопротивлению.

Больше он дома не появился.

Вот только не такой он был человек – из них двоих именно Элен отличалась импульсивностью и не всегда могла сдержать свои порывы, и от возвращения домой Жозефа не могли удерживать банальные раздражение и недовольство.

Элен пыталась что-то разузнать у Этьена, ближайшего друга Жозефа, но никак не могла застать его дома. У нее мелькнула мысль обратиться в полицию, но она знала, что они сотрудничают с гестапо, и от этих холодных и жестоких людей не стоило ждать помощи.

Впрочем, если Жозеф не появится к следующему утру, отчаяние перевесит страх, и она отправится в полицию.

Элен толкнула тяжелую створку деревянных дверей и вошла во внутренний двор дома – там было тихо. На миг помедлив у почтового ящика, она убедилась, что он пуст и не содержит подсказок, где искать Жозефа. Она старалась не давать волю надежде, и от этого на душе становилось все тяжелее.

С трудом передвигая ноги, Элен поднялась на четвертый этаж, где располагалась тесная квартирка, доставшаяся Жозефу в наследство от матери, умершей незадолго до начала войны. Хотя они тогда жили в Париже, Жозеф решил оставить и эту квартиру, чтобы приезжать сюда в отпуск. Они с Элен несколько раз так и сделали, и одно лето ей особо запомнилось – днем они бродили по городу, изучая переплетение улиц, а вечером пили вино, сидя на берегу Роны, ощущая, как спадает июльская жара. А когда немцы захватили Париж, они поняли, как им повезло, что им есть где укрыться, – особенно учитывая, сколько беженцев хлынуло тогда в Лион.