Книга Огненное сердце, страница 18 – Маделин Мартин

Элеонора отвернулась и пошла вперед, чтобы не дать разглядеть лицо и выражение глаз, опасаясь, что они могут, несмотря на все старания, выдать ее душевное смятение. Она будто сожалела о том, что позволила себе слабость. Впрочем, волноваться было не о чем. Речь, которая, казалось, должна быть эмоционально ярко окрашенной, Элеонора произнесла с холодностью, достойной Снежной королевы.

Это заставило Чарльза подумать, что, возможно, дочь его врага не совсем такая, какой он ее представлял.

Он догнал Элеонору и зашагал рядом, отметив, что пальцы ее дрожали, когда она взяла его под руку.

— Уверены, что хотите от меня честности?

— Да.

Все же Чарльз колебался. Но все, что он скажет, станет важным для принятия решения вернуться к Лотти, поможет в итоге завязаться дружбе, которая и откроет путь к тетрадям.

— Позвольте начать с того, что по красоте вы не уступаете леди Алисе.

Леди Элеонора резко повернулась к нему, глаза распахнулись, розовые губы чуть разомкнулись. Чарльз так привык видеть непроницаемую маску, что был удивлен проявлением эмоций.

— И волосы ваши я не считаю ужасными.

Цвет их действительно был насыщенным и красивым. Его неприязнь к ней была вызвана лишь родством с человеком, которого Чарльз отчаянно ненавидел.

Леди Элеонора огляделась и окинула взглядом дорожку. К ним приближались несколько человек. Следовало понизить голос, чтобы не быть услышанными.

— Причина в вашем поведении.

Леди Элеонора молчала с таким видом, будто не слышала его.

— Вы уверены, что мне стоит продолжать?

Она резко выдохнула и кивнула:

— Да, мне необходимо это услышать.

Она права, это нужно прежде всего ей. Для того, чтобы стать счастливой, а не только для того, чтобы позволить убедить себя вернуться к Лотти.

— В обществе называют вас Снежной королевой. Да, вы прекрасно воспитаны, хорошо держитесь, говорите правильные вещи, но… в словах ваших нет joie de vivre^[3], нет чувств. Вам не хватает… страсти.

— Страсть – это вульгарно.

— Страсть необходима. Она добавляет жизни красок, волнения и перемен. Женщина, лишенная чувственности, как картина без перспективы. Ваша жизнь грозит стать однообразной чередой ужинов и суаре, смен нарядов и блюд – однажды вы перестанете различать дни. Каждый день будет скучным, вы будете смотреть перед собой с безразличием, словно в этом мире недостает чего-то, вызывающего радость. Когда смерть постучится в вашу дверь, вы оглянетесь и поймете, что, в сущности, и не жили.

Чарльз умолк, внезапно осознав всю резкость своей речи.

Леди Элеонора остановилась. В этом месте тень была не такой густой, и на белой шляпке появились золотистые блики. Она подняла голову, посмотрела на Чарльза и резко вырвала руку. Глаза ее блестели от слез. Он позволил себе лишнее. Он понял, что немедленно должен принести извинения, но леди Элеонора его опередила.

— Меня ждет матушка и ее подруги. – Она указала глазами на берег озера. Дамы во все глаза смотрели на них и немедленно отвернулись, поняв, что их заметили. Леди Элеонора откашлялась и добавила: – Благодарю за откровенность. Хорошего дня, лорд Чарльз.

Развернувшись, она зашагала прочь уверенной походкой, расправив плечи, с высоко поднятой головой. Горничная поспешила за ней. Чарльз смотрел им вслед, ощущая себя подлецом. Он был уверен, что поступил правильно, но не мог себя похвалить, потому что испытывал чувство вины.