Книга Огненное сердце, страница 21 – Маделин Мартин

Герцог не стал спускаться вниз, чтобы еще раз проститься с сыном, лишь кивнул ему сверху.

От воспоминаний сжалось сердце. Почудилось, что отец вернулся передать ему нечто важное, не напутствия, а место в мире, который покинул.

Чарльз страдал не только оттого, что не простился с отцом, а от невозможности оправдать надежду. Он не будет жить счастливо в покое, пока не найдет Кёр де Фю. Обязанности герцога могут подождать, ведь их никто не исполнял последние шесть месяцев, и ничего не случилось. К счастью, он молод и может отложить дела. Необходимо сдержать слово.

Сидя в экипаже, Чарльз ощутил небывалый прилив уверенности в своих силах. Но для начала он должен любым способом добыть дневники путешествий.

Поздний вечер – то время суток, когда нарушаются правила. Элеонора проскользнула в дом на Рассел-сквер в Блумсбери через вход для прислуги, чтобы точно остаться незамеченной. Только оказавшись в гостиной, она позволила проводившему ее лакею помочь снять плащ, парик и маску.

Сегодня она чувствовала себя лучше, ее уже не трясло от страха, как прошлым вечером. Вероятно, это связано с тем, что она совсем недавно поняла, как важны для нее уроки Лотти: они дадут ей второй шанс, возможно последний, не только выйти замуж, но и стать самой собой. Стать картиной с глубиной и перспективой.

От одной этой мысли по ее коже побежали мурашки. Она так долго сдерживала эмоции, что волновалась, получив возможность дать им волю.

Графиня тоже настаивала на повторном уроке, ее уверенность в том, что это необходимо, окрепла после прогулки дочери с неизвестным мужчиной в Гайд-парке. Элеонора не раскрыла матери имя незнакомца, а та была слишком воодушевлена происходящим, чтобы требовать подробных объяснений.

Элеонора с нетерпением поглядывала на дверь, ожидая, когда она распахнется и в гостиную войдет уверенная в себе, очаровательная Лотти. И разумеется, лорд Чарльз. Резкость его высказываний на ее счет была обидна и глубоко ранила Элеонору, однако они помогли ей многое понять. Беспристрастная критика способна возбудить в женщине желание взглянуть на себя другими глазами, изменить свое отношение к миру, сделать интересней и счастливее свою жизнь.

И на этот раз Элеонора заметила на кофейном столике рядом с мраморным бюстом рюмку хереса, склонилась и замерла в нерешительности…

Все же ее желание добиться полного спокойствия было не столь велико, чтобы протянуть руку с риском коснуться сосков груди мраморной женщины.

Дверь распахнулась, и девушка отпрянула, словно ребенок, опасавшийся быть пойманным за предосудительным занятием.

Лотти вошла в комнату с королевским достоинством. Платье из темно-синего шелка подчеркивало жемчужную белизну ее кожи, волосы были уложены в затейливую прическу и роскошной волной ниспадали на одно плечо. Следом появился лорд Чарльз и поклонился.

— Добрый вечер, леди Элеонора.

Выпрямившись, он улыбнулся так, что ее сердце на мгновение замерло, а ведь ей полагалось оставаться равнодушной.

— Рад снова вас видеть.

Он посмотрел на нее многозначительно, давая понять, что искренне рад новой встрече, отчего щеки Элеоноры покрылись румянцем.

— Замечательно, что вы вернулись.

Лотти сложила ладони и прижала к груди.

— Прошу простить меня за пренебрежительное отношение к занятиям. Я не сразу поняла, как они ценны. Если вы не передумали, я бы хотела продолжить.