Книга Огненное сердце, страница 97 – Маделин Мартин

— Будущее меня уже не волновало. Я потеряла обоих детей, и они внезапно вернулись… вместе.

Она нашла взглядом Элеонору и протянула руку.

Они стояли обнявшись – редкий момент для их семьи.

— Я недовольна твоим решением, – сказала ей мать сквозь слезы, бросив грозный взгляд на Чарльза. – Но рада, что ты вернулась домой.

Элеонора улыбнулась, хотя сама не знала, как относится к своему решению. Оставшись одна, наедине с болью, она может не раз пожалеть.

Графиня коснулась губами лба сначала сына, потом дочери. Затем приложила ладони к щекам и расправила подол безупречного голубого платья.

— Да, что же… Прошу меня извинить, надо привести себя в порядок. И велю подать чай.

Через некоторое время, когда стол был сервирован и все расселись, Элеонора погрузилась в свои мысли, дав возможность поговорить матери и брату. Чарльз сидел рядом с ней и тоже не проронил ни слова, но почти неотрывно смотрел на Элеонору, отчего у нее возникло неприятное подозрение.

Необходимо поговорить с мужем и просить его отказаться от поездки. Но как начать этот непростой разговор?

Чарльз все же не был таким бесчувственным, чтобы не понять, в каком состоянии Элеонора. И он был достаточно деликатен, чтобы не расспрашивать ее, когда она вполне ясно высказалась перед их отъездом из Комлонгона. Потеря того, кого любишь, всегда болезненна. А причина – бездушные предметы.

Очевидно, что ему не стоит отправляться на поиски рубина, но как же тогда выполнить последнюю волю отца? Как обрести покой в душе? К тому же путешествовать чрезвычайно увлекательно, намного интереснее, чем сидеть в промозглом, унылом Лондоне до конца своих дней.

Любовь… Что значит любить? К отцу он испытывал скорее уважение, нежели любовь. Отец заботился о нем, но это долг, обязанность родителя. Возможно, нечто похожее он испытывал к Лотти, но это была любовь брата к сестре.

Смех и улыбка Элеоноры наполняли сердце Чарльза восторгом. Только после знакомства с ней он впервые задумался о целесообразности поездки, появился необъяснимый страх потерять девушку, ставшую дорогим для него человеком.

По прибытии в Сомерсвилл-Холл Элеоноре коротко представили слуг, и она сразу прошла с горничной в свои покои. А к Чарльзу подошел Гриммс и сообщил о письме от Лотти, которое успело прийти за то время, что он провел в Вестикс-плейс. Уверенный, что в послании подруга детства решила поделиться душевной болью, учитывая их встречу с молодым графом, Чарльз поспешил в библиотеку. Там он первым делом достал из сейфа трафарет, потом открыл письмо. Прочитал несколько строк, и сердце его восторженно забилось.

За время отсутствия Лотти получила немало благодарственных писем от матерей, а еще больше от отцов юных дев, прошедших курс ее занятий и получивших огромную пользу. Похоже, Шарлотте больше не нужен был защитник. Чарльз сложил листок, взгляд его упал на бутылку на столе и стопку писем рядом. Улыбка сползла с его лица. Кто принес сюда бутылку и зачем, если хозяина довольно долго нет дома?

Нагнувшись, он заметил привязанную к горлышку карточку с золотым компасом в углу. Бутылка не была вскрыта. По спине герцога пробежала дрожь. В голове блеснула мысль: необходимо выяснить, все ли хорошо с Элеонорой. Внутренний голос подсказывал, что ей может угрожать опасность.