Книга Два евро на сдачу, страница 63 – Марина Кокта

— Мне не надо было встречаться. Зачем? Я тебя знал.

— А я еще сопротивлялась…

— Больше двух лет! Но с тех пор мы вместе.

— И вам никогда не скучно друг с другом? – спросила Кларисса.

— Никогда, – хором ответили муж и жена.

— Кажется, нужна еще как минимум одна жизнь вместе, чтобы более-менее хватило, – добавил Робер. – И мы еще весь мир не объехали!

— Нам и до четверти еще далеко.

— Вам часто удается съездить куда-то?

— Не особо, старались каждый год, в отпуске. Но теперь вот вышли на пенсию и надеемся чаще выбираться из дома.

— Вам повезло, – задумчиво сказала Кларисса. – Мне казалось, такая любовь, как у вас, существует только в книжках… и фильмах.

— Нет, что вы, – замахала руками Клем. – О такой никто писать не будет. О такой пишут одной строчкой «Жили они долго и счастливо», потому что никому со стороны неинтересно смотреть на это «долго и счастливо».

— И то правда, – согласилась Кларисса. – А я-то думаю, почему не могу припомнить ни одной истории, похожей на вашу.

— Такую историю можно только прожить. А потом вот так иногда вспоминать моменты, рассказывая их другим. На самом деле, многие не верили, когда слышали нашу историю. Я уже иногда и сама думаю, что это все выборочная память, которая стирает все плохое.

— Мне казалось, она как раз выпячивает все плохое, а вот хорошее забывается, – протянула Кларисса.

— Это зависит от того, что ты сама вспоминаешь и прокручиваешь в голове. Если я буду рассказывать совершенно выдуманную историю о своем прошлом, рано или поздно я сама в нее поверю, и вы не разубедите меня в том, что так все и было.

Постепенно в разговоре становилось все больше пауз, Робер включил музыку на радио чуть громче, а Ликерчик мирно задремал, положив голову Даниэлю на колени. Кларисса поглаживала спину пса, пока смотрела на небо за окном.

– Бабуль, мы же оставим ее себе? Ты сможешь уговорить родителей? – спросила я, глядя на мордашку щенка. Она высунула язык, и стало похоже, будто она улыбается.

– Нет, ты что, ее же ищут.

Бабушка жила с нами в сентябре того года. Она потеряла работу, а купить свой магазинчик к тому времени еще не додумалась, вот и не знала, чем заняться. Щенок уже второй день был у нас, когда бабушка обнаружила на соседней улице объявление о его пропаже. Я назвала ее Орели. Она смешно наклоняла голову, когда я разговаривала с ней, будто пыталась понять каждое мое слово. При этом ее уши забавно болтались. Одно ухо уже встало на макушке очаровательным треугольником, а второе еще свисало как тряпочка.

– Так нечестно! Они ее потеряли! А мы нашли, она теперь наша.

Бабушка подошла ко мне и ласково погладила по голове:

– Кларисса, дорогая, а если человек потерял вещь, а ты ее нашла, неужели не нужно вернуть ее хозяину?

– Но это же не вещь! Это собака! – От бессилия у меня слезы навернулись на глаза. Что ты можешь, когда тебе семь лет? Только плакать.

– У нее есть хозяева, они по ней скучают.

– Плохие хозяева, раз она от них убежала.

– Она еще любопытный щенок и не научилась как следует вести себя на улице.

Бабушка нехотя взяла меня с собой, когда повела возвращать щенка. Наверное, она думала, что я закачу истерику. Но я просто хотела удостовериться в том, что Орели там будет хорошо. Дверь в квартиру нам открыла симпатичная молодая женщина, из-за которой выглядывал мальчик в очках примерно моего возраста. Собаке они и правда были рады, но самое главное, что Орели кинулась к ним в полном восторге. Я попросила их пообещать, что будут выгуливать ее только на поводке. Они удивились моей просьбе, но пообещали.