Книга Фургончик с мороженым доставляет мечту, страница 58 – Анна Фурман

— Да, я в порядке. Только соберу вещи.

Усталости как не бывало. Сольвейг почувствовала невероятный прилив сил. Все удалось. Калеб стал прежним и отправился навстречу приключениям, а значит, она поступила верно. Внутри взрастало и крепло желание возвратить все мечты тем, кто нуждался в них. Что стало с ними? Что стало с ней самой? Словно только теперь она ясно увидела собственную жизнь, разбитую на осколки даром или же проклятием бессмертия. Осколки, в которых отражались печальные лица, плечи, опущенные под тяжестью серых дней без конца и края, и еще одно – ее лицо, ее плечи, ее лишенные красок будни.

* * *

Они покинули «Мирабеллу» ближе к полудню. Хозяйка, прощаясь больше с котом, чем с гостями, снова сетовала, что пропустила все самое интересное, и выражала искреннюю обеспокоенность здоровьем Сольвейг. Уверив ее, что и постоялица, и кот в полном порядке, путешественники отбыли в неизвестном направлении. Даниэль настоял на обеде в одном из местных кафе, и Сольвейг с радостью согласилась – ей не терпелось попробовать венгерскую кухню.

Кафе «У Розы» в этот час почти пустовало. Внутри было темно и прохладно, как в пещере. Бревенчатые, ничем не отделанные стены, несмотря на свою первозданную грубость, дарили ощущение безопасности и уюта. Свет, проникающий через полузакрытые окна, пронизывал помещение насквозь, делил его на части. Все это напоминало Сольвейг о чем-то из далекого прошлого, о чем-то важном, почти утраченном, но еще сидящем внутри, точно крохотный камешек, который никак не удается найти в ботинке.

Заказав гуляш, который на поверку оказался говяжьим рагу с овощами, и, конечно, клубничное мороженое – «Не сравнится с вашим», – Сольвейг по обыкновению стала разглядывать редких посетителей и официантов, одетых в фартуки ярко-алого цвета.

— Надеетесь встретить здесь еще кого-то, фру? – спросил Даниэль, заметив ее интерес.

— Нет, просто люблю представлять, о чем мечтают люди.

— И о чем же, мечтает, например, она? – Даниэль кивком указал на официантку, принимающую заказ у пожилой пары за соседним столиком.

Девушка выглядела уставшей, но глаза лучились теплом и искренней заботой. Она то и дело посматривала на часы, висящие в зале, словно хотела ускорить их бег, вырваться на свободу, как пичужка из клетки, выпорхнуть навстречу своей судьбе.

— О любви… – улыбнулась Сольвейг.

— Тот компас, что вы показывали мне… чей он?

— Аннет. Она тоже мечтала о любви, но боялась, что человеческой жизни не хватит, чтобы найти ее.

— Эти опасения не лишены логики, – размешивая чай, Даниэль украдкой взглянул на пожилых супругов. Они держались за руки под столом и казались абсолютно счастливыми, точно сбежавшие с уроков школьники. – Где сейчас Аннет?

— Я не знаю, но в последний раз я видела ее в Вене.

— Так значит, мы поедем по ее следам?

— Возможно, – Сольвейг вздохнула и покачала головой. – Надеюсь, она все же встретила свою любовь…

Внезапно кафе ожило. Из кухни как ошпаренная выскочила другая официантка и, отведя первую в сторонку, горячо зашептала ей на ухо:

— Представляешь? Вот это конфуз! И как только они не уследили? – а после обе принялись отчаянно хихикать.

— Что случилось? – поинтересовался пожилой мужчина.

— Из зоологического сада сбежало несколько обезьян! – всплеснула руками официантка. – Кто-то забыл запереть вольер, и они удрали.