Книга Его сладкая девочка, страница 151 – Аля Драгам

И только маленькая Маша ничего не просит. В её головке звучат слова благодарности дедушке Морозу: «Спасибо за моего папу Егора».

Чудеса случаются. Обязательно. И не для этого не надо весь год наводить дома порядок или получать пятерки. Достаточно верить в себя, в волшебство и… самое главное… быть чистым душой. И тогда всё получится!

Ксюша.

На Егора невозможно смотреть без слёз. Слёз радости. Он светится изнутри.

Мой сильный мужчина ни разу не показал, как тяготиться ситуацией с родителями, но я—то чувствовала. Да и как не почувствовать? Я так его люблю, что могу считать уже практически любую эмоцию.

Новогодняя ночь подходит к концу. Ночь, которая подарила поистине волшебный подарок моему мужу. Вот и не верь после этого в чудеса.

Меня трясло, когда Егор вернулся с улицы. Ожидала чего угодно. Мысленно приготовилась уже запереться в спальне, чтобы не слышать страшных слов и не видеть осуждающих взглядов.

Но родители любимого приветливо поздоровались, а мама даже обняла меня. Конечно, это не исключило напряжение, сквозившее между нами, но, по крайней мере, я немного свободнее выдохнула.

— Малышка, я так соскучился. Бросай здесь всё, и пойдем уже наверх?

Мы на кухне одни. Все гости разошлись по спальням, а родители уехали к себе.

Маруська начала выносить мозг почти после боя курантов, и я не знала, как разорваться. К всеобщему удивлению, Артур вызвался помочь уложить капризу. Мне давно кажется, что он хочет детей и какой—то затаенной тоской смотрит на девчонок. Жалко, что у них с Инной не получается забеременеть. От Егора я слышала, что они пытаются. Да и Инна очень хочет, даже скандалы устраивает.

— Подожди, Егорка. Посуду составлю хоть. Тут на несколько заходов будет. А ты пока можешь стол освободить? Утром завтракать соберемся.

— Малышка, утро через пару часов. Раньше обеда никого не жди.

Муж (до сих пор млею от этого слова) быстро расправляется со своим заданием и свистит Рою, чтобы выйти с ним. А я пока составляю продукты в холодильник и успеваю помыть тарелки в раковине. Не привыкла оставлять после себя бардак.

— Ммм, Егор. У тебя руки холодные. — Шёпотом возмущаюсь, когда он приходит и лезет обниматься.

— Очень холодные. Меня срочно надо погреть, чтобы я не заболел.

— Фантазер.

— Твой фантазер, — шепчет этот искуситель мне в шею. Знает же, что от такого прикосновения я сразу сдаюсь.

— Я ещё не всё.

— Зато я уже всё. И если ты не пойдешь со мной, я получу свой подарок здесь. Выбирай, Ксюшик.

Гад какой, а? И не только мурлычит на ушко, еще и успел платье вверх задрать. А если кто—нибудь попить выйдет?

— Всё—всё, я иду.

— Умница моя. И я иду.

Егор подхватывает меня на руки и несёт в нашу спальню. Даже не вырываюсь. Прижимаюсь к нему ближе и дразню легкими поцелуями в шею.

— Кто—то сейчас доиграется, да?

— Не знаю, про кого ты говоришь.

— Ах не знаешь?!

Закрывает дверь ногой и тут же прижимает меня к стенке, перемещая так, чтобы ногами я обвивала его торс. Целует глубоко и напористо. Скучал. Знаю. Сегодня у нас не было возможности побыть наедине. И мне тоже… тоже его не хватало. Чтобы вот так: тело к телу.

Срывает платье, бухтя, что терпеть не может ненужные тряпки и вообще «в спальне надо ходить голой». Тихонько смеюсь над его возмущениями. Ровно до того момента, пока он не закрывает мне рот новым поцелуем. Сплетает наши языки, выбивая из груди хриплые стоны. Я вообще в последние дни чересчур чувствительная стала, особенно грудь. И у Егора от этого крышу уносит. Он может ласкать соски до тех пор, пока меня не начинает трясти от разрываемого удовольствия. И улыбается при этом, как мартовский кот.