Книга Нам нельзя. Петля судьбы, страница 70 – Аля Драгам

— До утра так останется. Ей нельзя нервничать…

— Понимаю…

Понимаю и ненавижу этого урода — её отца — за устроенный фарс. Спасибо Татьяне: когда Облачко начала оседать, жена Ильи выскочила из машины и заорала, что успела всё заснять, и немедленно вызывает полицию и телевидение.

Только забота о репутации остудила пыл Светлова. Не состояние дочки, не то, что он махал кулаками, разбив мне лицо… Да я и не сопротивлялся. Единственной мыслью было закрыть Облачко, не дать ей увидеть.

А она… все равно увидела…

— Кстати, держи, — Илья протягивает сорванное с пальца колечко. — Ребята нашли. Сначала хотел сам вернуть, но, думаю, правильным будет, если наденешь ты. И слушай, не сегодня, но в ближайшее время нам надо серьезно поговорить.

Сразу делаю стойку:

— Что случилось?

— Потом, Жень. Не сегодня. Сейчас минут десять, и прощайся. Завтра приедешь, если сможешь. За своим состоянием тоже следи. Нос носом, но тряхнули они тебя сильно. Знаешь же, что после всего нежелательно.

Киваю, решив не спорить. Всё моё внимание приковано к больничной кровати, на которой моя принцесса отдыхает.

Тянусь рукой и вытираю застывшие мокрые дорожки. Она плакала и кричала, а её папаша-зверь не реагировал, грубо дёргая. Разве можно так обращаться с хрупким цветком, которым является Женечка?

Хотел бы решить по-мужски, я бы приехал. Наедине. Или в присутствии его людей, но не так. Не на глазах персонала клиники.

Хоть Илья и сказал, что народ молчать будет, я не уверен. На себя мне плевать, а вот полоскать имя будущей жены не позволю!

Уверен, что те, кому надо, уже в курсе событий, потому что мой телефон настойчиво вибрирует звонками последние полчаса. Я успел написать только матери, что перезвоню позже. Возможно, в её понимании «позже» наступило. Сто процентов, она волнуется, но для меня важнее быть здесь и прислушиваться к мерному дыханию. А с родителями потом объяснюсь. Расскажу и покажу, так как успел перекинуть себе запись с Таниного смартфона.

Мне категорически не понравились аргументы, которыми в меня кидались, что Женечка полностью зависима от семьи. Объективно да, сейчас её пребывание здесь оплачено ненормальным папашей. Но в дальнейшем…

Надо переговорить с Ильёй, тем более, она сам сказал, что требуется обсудить серьезный вопрос. Моих накоплений не хватит, но я могу продать тачку и байк, который пылится в гараже. Он крутой и знатоки оторвут с руками, если выставлю.

Есть ещё квартира — подарок на окончание школы. Инвестиции в будущее — так обозначил папа. Моё будущее — Женя. Значит, я мыслю в верном направлении.

Попросить помощи у своих не приходит в голову. Я прекрасно понимаю, что не откажут, но мне надо самому. Тем более, в покупку тачки и ремонт я вложился самостоятельно: рекламные съемки и выигрыши в кубках приносят неплохой доход. Не миллионы, конечно, но когда их некуда тратить, можно собрать значимую сумму.

Поцеловав Женечку и прошептав, что завтра вернусь к ней, надеваю на палец колечко и прикрываю белую дверь.

На отделении тихо, только попискивают приборы в соседних помещениях и тихо переговариваются постовые сёстры.

Минуя их, сбегаю внизу и достаю мобильный. Первым делом пишу в семейную группу, что всё норм и через час буду дома.

А уже после набираю Орла и прошу его свести с агентом, который недели три назад долбал друга, чтобы тот дал мои контакты. Продолжать карьеру модели спортивного инвентаря и формы не планировал, но планы изменились.