Книга А ты не такой?, страница 100 – NeTa

— Яя, как не стыдно! Что за мысли? Не буду я ничего разглядывать. Просто сложу в пакеты, а ты уж потом сама разбирай. Если что-то забуду, всегда можно заехать после работы. Так?

— Так.

До дома родителей Яна молчала. Она чувствовала, что этот визит будет сложным. И папы точно дома нет.

— Приехали.

Мартин видел, что она не в своей тарелке, но не приставал с расспросами – сама расскажет, когда посчитает нужным.

Яна повернулась к нему и улыбнулась только губами, глаза оставались серьезными.

— Я позвоню тебе, когда за мной приезжать.

— Ты не на эшафот ли собралась? Такие глаза грустные стали. Что ты? Капелька моя! Я рядом. За твоей спиной. Прикрываю. Всегда. Ничего не бойся. Поняла?

Он притянул ее к себе и чмокнул в нос, и она сразу же улыбнулась.

— Волшебная кнопка работает, – прошептал Мартин. – Иди. Жду твоего звонка.

Вышел, открыл ей дверцу, помог выбраться из «танка» и подмигнул.

— Не забыла свой цветочек?

Яна в недоумении посмотрела на него.

— Не помнишь? Мышонок с цветочком: «Не подходи!»

— А!.. Нет, не забыла. Думаю, он мне пригодится…

Света смотрела из окна, как ее дочь мило воркует с волосатым здоровым мужиком рядом с его громадиной-машиной. И сердце уходило в пятки – похоже, у них все серьезно. Значит, надо готовиться к свадьбе?

Она села на стул и задумалась, настраиваясь на разговор с дочерью.

Наконец, Яна позвонила в домофон…

Света ждала ее у открытой двери. Вот приехал лифт, и вышла улыбающаяся дочь.

— Мама, привет. Все нормально? Что вдруг среди недели-то?

— Нормально. Проходи. И тебе привет. Есть будешь?

— Нет. Я пока не хочу. Дома поем.

Они зашли в квартиру, Яна начала разуваться.

— Я видела сейчас в окно…

— Все ясно, – перебила Янка. – Опять тетя Вера настучала. Мам, сколько можно слушать эту кикимору болотную?!

— Яна! Вся в отца! Он – Шушерой, ты – кикиморой! Что это такое? Она старый больной человек.

— Это точно. На всю голову больной человек.

Янка прошла в кухню и села, насупившись. Как в школьные годы, когда соседка придумывала всякую ерунду, а мама верила.

— Давай, выкладывай, что она опять наплела.

— Да ничего особенного. Скинула мне фотки твоего кавалера. Написала, что его машина ночует во дворе… И на работу вы сегодня вместе поехали.

Янка обалдела.

— Во дает кикимора! Она уж и камеру в телефоне освоила, и как отправлять фотки, знает, и писать ей не лень! Куда катится мир?

— Яна, не злись. Там же все правда?

— Да, правда. Но это – не ее ума дело.

— Не в ней вопрос. Ты мне скажи – у вас серьезно это?

— Да. Я его люблю.

— Боже…

— И он меня. Мам! В чем проблема-то?

— Как это, Яночка? Вы… у вас…

— Да, у нас все было.

— Господи… И что дальше? Он сделал тебе предложение? Вы предохраняетесь?

Яна смотрела на свою маму и думала, как бы помягче ей сказать, что они сами разберутся в своей жизни.

— Мам, можно я тебя попрошу? Не надо на меня давить. Дай мне насладиться этими моментами. У меня же все сбито напрочь. А Мартин…

— Кто??? Как???

— Мартин. Его зовут Мартин.

— Час от часу не легче. Кто он?

— Ты про национальность? Не знаю. Мама русская, папа индеец. С Аляски.

— Кто???

Света встала и налила себе воды. Выпила.

— Вот что, Яна. Заканчивай эту ерунду…

— Вот что, мама. Нет.

Света во все глаза смотрела на дочь. И не узнавала ее.

— Я не отдам Мартина. Я его люблю.