Книга А ты не такой?, страница 166 – NeTa

— Хватит смешить, у меня ребра болят!

Яна помогла ему с ремнем, намеренно касаясь паха, ног… Мартин смотрел из-под бровей на ее заигрывания и ухмылялся: «Ну-ну, сейчас поедем… А потом приедем…»

— Так. Тут две педальки?

Она подтянула платье повыше, оголяя колени и заглядывая вниз.

— Янка-обезьянка вернулась? – миролюбиво спросил Мартин.

— Угу. Все! Рванули!..

И действительно – рванули.

Яна, конечно, просто пугала Мартина. Она вполне быстро освоилась с вождением «танка», и ей это нравилось.

— А почему ты маму любишь возить, но она не любит с тобой ездить?

— Она доверяет только папе, а меня все еще считает ребенком. Поэтому, когда я за рулем, она сразу говорит ему, чтобы он держал «ручник» на всякий случай, и потом молчит всю дорогу. И это – наслаждение! Меня не воспитывают, не спрашивают, не наседают! Мы с папой посмеиваемся над мамой-трусихой.

— Понятно.

Яна отвлеклась от разговора, смотря на светофор, и вдруг почувствовала теплую руку на своем бедре. Медленно поворачивая голову к Мартину, она спросила:

— Не боишься, что врежемся куда-нибудь?

— Не боюсь. Поехали.

Сзади послышались гудки других авто, поторапливающих Янку. Она тронула машину с места, рука поползла выше.

— Мартин, ты что делаешь? – сквозь частое дыхание спросила Яна.

— Трогаю тебя. Я соскучился. Не думаешь же ты, что сегодняшняя встреча в серверной успокоила меня?

— Нет?

— Точно нет.

Его рука почти доползла до своей цели… и остановилась. Пальцы чуть сжали ногу, Янка попыталась свести ноги… А толку?

— Пользуешься ситуацией?

— Еще не пользуюсь, но очень хочу…

Через несколько минут Яна парковала машину на подземной стоянке. Она посмотрела оценивающе на явно не здоровый вид Мартина и покачала головой.

— Сейчас мы придем домой, я поцелую все твои болячки, и утром все пройдет.

— Все болячки?

— Да.

— Эх… Оказывается можно пожалеть, что не получил по…

Он смотрел, как ее щеки медленно покрывает румянец. Мартин начал смеяться, но тут же охнул и поморщился.

— Вот! – торжествующе сказала Янка, вылезая из машины. – А не будешь надо мной подшучивать!

Она надела пальто, которое достала из машины, и подошла к дверце Мартина.

— Выходи, насмешник.

Он осторожно повернулся и потихоньку вылез из салона. Яна вопросительно смотрела на него, но ничего не спрашивала.

— Трещина в ребрах, скорее всего. Так сказал док. В лучшем случае, сильный ушиб. Завтра с утра на рентген надо ехать.

Она подошла близко к нему. В полутемном помещении стоянки его глаза казались черными, они затягивали, как омут.

— Я люблю тебя, мой Орка.

Она встала на носочки и поцеловала его в уголок губ. Мартин тут же поймал ее и прижал к себе, стараясь не морщиться. Все тело болело, как будто его каток переехал. Но Яне этого нельзя показывать.

— Ты моя. Никогда во мне не сомневайся. Люблю тебя…

Медленный подъем по лестнице, просто медленный подъем.

Яна вспомнила слова Марата о том, что его брат обладает нечеловеческой выдержкой – он ни разу не подал виду, что ему больно.

Как только в коридоре включили свет, навстречу выскочил кот, но, видимо, почуяв запахи медикаментов, тут же умчался и «забаррикадировался» у себя в домике.

— Все-таки умный у нас зверь – смылся, чтобы не помогать, – пошутил сквозь зубы Мартин.

Раздеваясь, он чуть дернул плечом, чтобы куртка сама соскользнула на пол. Попытался наклониться, но Янка опередила: она быстро подхватила одежду, отнесла в гардеробную, оставив и свое пальто, и вернулась.