Книга Лучше бы я согрешила, страница 98 – NeTa

Папа, пряча слезы, погладил меня по голове, пpижал к своему плечу и тихо сказал:

— Как же хорошо! Береги себя, Стасик.

— Как это «если»? — вдруг вскинулась мама. — Никаких «если». Ты хорошо питаешься? Руки моешь? Гуляешь? Надо гулять, витамины есть, больше отдыхать, а не работать.

Я поняла, что мама села на любимого конька и улыбнулась.

— Мам, у меня есть муж, который за всем следит и за мной тоже. Успокойся.

Но весь оставшийся день она кружилась вокруг меня, как в детстве. Ярослав, Архип и папа лишь посмеивались, а Катя качала головой, не понимая такого вторжения в жизнь взрослой дочери. И ничего не изменилось со временем, и я знала, что все останется по-прежнему. Да и пусть так будет всегда, лишь бы родители не болели и жили дольше…

До самых родов я работала с той же нагрузкой, чтобы потом спокойно уйти в декрет и несколько месяцев спокойно заниматься… дочкой. А мы уже точно знали, что родится девочка. Она даже улыбнулась нам во время последнего УЗИ. Ярослав тоже собирался взять отпуск, чтобы помогать мне на первых порах. Все было распланировано, даже дата госпитализации и проведения кесарева сечения; мы просто спокойно ждали, когда подойдет срок. Но, как говорится, человек предполагает, а Бог располагает.

Примерно за неделю до этого, в воскресенье мы с Ярославом решили купить красивый «конверт» для выписки малышки, все откладывали до последнего момента из-за слов мамы: «Не спешите, это можно и после родов сделать». В торговом центре в этот жаркий летний день было многолюдно, спасали только кондиционеры в отделах. В одном из них мы и задержались, увидев аккуратную коляску, которую при разных раскладываниях можно было превратить и в автомобильное детское «креслo», и в корзину для переноски. Пока Ярослав изучал разные вариации этого товара, я стояла рядом, чувствуя, как устала моя спина. Хотелось уже закончить прогулку. В этот момент я посмотрела вперед, на стеклянную витрину и замерла, встретившись с изумленным взглядом Ирины. Она не двигалась, словно застыла от увиденного. Потом вздрогнула, когда прохожий задел ее плечом, нахмурилась и…

— Я кому все это показываю? — тихо спросил меня Ярослав. — Куда ты смотришь?

Он посмотрел в ту же сторону, что и я, спокойно кивнул Ире. Она мгновенно развернулась и почти бегом бросилась в сторону эскалатора, ведущего на первый этаж.

— Господи, что теперь будет? — прошептала я сама себе. — Ведь Аня так и не знает, что мы с тобой…

— Не думаю, что это важно сейчас. Ты побледнела. Как чувствуешь себя?

— Поехали домой.

Но мы не успели вернуться, пришлось срочно менять свои планы, и хорошо, что все документы были со мной. Вот так неожиданная встреча с племянницей спровоцировала появление на свет нашей дочери чуть раньше запланированного срока. Хотя я порой думала про себя, что никто не может точно знать, когда должно свершиться такое чудо.

Любовь Ярославовна родилась, не доставив мне дополнительных проблем со здоровьем. Светлые волосики и синие глаза сразу показали, на кого она будет похожа. И хотя я знала, что цвет может ещё измениться, была бесконечно рада, что Ярослав получил свою маленькую копию. Счастливый папа находился с нами столько, сколько ему позволили медики, а потом завалил их и нас цветами. Он каждый день был со мной, уходил домой только, чтобы переночевать. Перед самой выпиской, разглядывая дочь, спящую в красивом конверте, купленном им самим, тихо сказал мне: