Книга Спасибо за обман, страница 12 – NeTa

Мальчик резко поднял голову и строго посмотрел на Тамару, сверкнув чёрными глазёнками. Она округлила рот от неожиданности, но вовремя взяла себя в руки и перевела взгляд на Арая, который тоже замер в изумлении.

— Чего-чего? — возмущённо спросила его. — Да что ты там себе надумал-то? Арай Александрович! Тряпка из «Белого кота» — это… Даю перевод: «Белый кот» это название магазина, где много товаров, необходимых в хозяйстве. Они хорошего качества, долго служат, ну и дорогие, конечно… Ой, не могу!

Тамара просто расхохоталась, повалившись на дверь автомобиля. Вытирала слёзы, выступившие от смеха, и осторожно наблюдала за ребёнком, который, казалось, сам рассмеётся вот-вот. Но маленький Шура снова вернулся к своему обычному, безразличному состоянию. Только теперь ей стало ясно, что он реагирует на всё, происходившее вокруг него, однако по какой-то причине скрывает это от окружающих.

— Так ты решил, что я прикончила белого кота и сделала из него голубую тряпку? — Она покачала головой, подняла в возмущении брови и продолжила говорить. — Да уж, у тебя очень богатое воображение. Но чувство юмора отсутствует совершенно, или ты оторван от обычной человеческой жизни.

— Наверное, всего понемногу. Кроме воображения, тут я прямой, как столб, — пожав плечами, сказал Арай и сел за руль. — Едем? Но ты так и не ответила на все мои вопросы.

— И не собиралась. Любопытство не приводит ни к чему хорошему. Меньше знаешь — крепче спишь. Так, Сандро? Твой папа хочет получить лишнюю информацию, а мы ему не скажем, да?

Тамара обращалась к мальчику, не ожидая никакого ответа, но продолжала интуитивно, с чисто женским упорством говорить с ним. Арай не останавливал её, потому что и сам не знал, как вести себя с сыном. Чувствовал, что уступил ей свои права, и испытывал от этого неловкость, а вместе с тем и облегчение: не надо самому стараться делать то, чего не умел. Ему помогала почти незнакомая женщина, и он был благодарен ей.

Примерно через час они уже подъезжали к большому селению, раскинувшемуся по двум берегам реки Воронеж. Строения возле дороги были, в основном, двухэтажные, кирпичные, с ухоженной территорией. Где-то изредка встречались и деревянные дома с резными наличниками на окнах. Тут и там возились в траве куры, ревниво охраняемые петухами; важно разгуливали и гоготали, вытягивая шеи, крупные гуси. На скамейках возле ворот сидели немногочисленные старики, даже в жару тепло одетые.

Тамара продолжала наблюдать за мальчиком, который, сидя в кресле, находился вровень с окном. Машина ехала медленно, Арай осторожничал в незнакомом месте, боялся задавить какую-нибудь живность. Он смотрел исключительно на дорогу и не видел, что его сынишка заинтересованно разглядывает сельских обитателей. Шура беззвучно шевелил губами, чуть кивал самому себе и пальчиком дотрагивался до стекла. Но как только услышал голос отца, тут же вернулся в своё обычное состояние, словно улитка, спрятался в панцирь-раковину.

— Тамрико, этот дом?

— Да-да, — ответила она, отвлекаясь от мальчика, — там, где кот спит на скамейке.

— Опять кот, — проворчал Арай, усмехнувшись, — удивительно, что не белый.

Из ворот, за которыми находился большой кирпичный дом, показался крепкий на вид мужчина возрастом за шестьдесят, одетый в рабочие брюки цвета хаки и старую футболку неопределённого серо-зелёного оттенка. Седую голову укрывала старая фуражка военного образца. Он пристально наблюдал за автомобилем, остановившимся напротив, и ждал, кто же подъехал к их дому. Рядом с ним появилась пожилая женщина небольшого роста, которая тоже смотрела на машину в ожидании. Она что-то сказала мужу и вдруг всплеснула руками, увидев в салоне дочь, которая помахала им рукой.