Книга Спасибо за обман, страница 18 – NeTa

— Точно, мил человек, — произнёс старческий мужской голос, в котором он узнал мужа тёти Сони. — Давай, кавалер, приглашай дам, пока другие танцоры не подтянулись…

Тамара наблюдала, как Арай осторожно относится к пожилым дамам, составлявшим ему пару. Он хорошо танцевал и танго, и вальс. Очень часто поглядывал на сына, мирно сидевшего в открытой машине. Отца волновало его состояние, ведь не зря же мальчику прописали такие таблетки, но пока ничего не предвещало истерики или скандала.

«Утомлённое солнце» пришлось крутить четыре раза, потому что всем очень нравилась эта музыка и песня. Когда во двор стали приходить жители других домов, и танцплощадка заполнилась, на улице уже начало заметно темнеть, но уходить не хотелось.

— Как у вас хорошо, — сказал Арай, подходя к Тамаре. — Просто отдыхаешь душой.

— Я говорила, — тихо ответила она, укачивая уснувшего на её коленях Шуру. — Ты хорошо танцуешь и внимателен ко всем. Умотали тебя наши дамы? Не взмок ещё?

— Есть немного. Но это того стоило.

Он оперся на заднее крыло машины и смотрел на спящего сына. Во сне ребёнок выглядел расслабленным, чуть приоткрытые губы шевелились, словно он что-то говорил. Тамара наклонилась к нему, прислушиваясь изо всех сил, а потом резко подняла голову и округлила глаза, глядя на Арая.

— Что? — испуганно спросил он. — Ты поняла, что он говорит?

Она кивнула и снова наклонилась к мальчику, чтобы удостовериться в правильности услышанного, а потом прошептала его отцу:

— Копалыч. Он говорит «Копалыч».

Её тихий голос дрожал от осознания того, как сильно повлияла на ребёнка поездка в деревню.

— А что это?

— Так в деревне зовут моего отца, сокращают его имя. А Сандро сам додумался. Умница у тебя сын.

Арай старался не показать, как слёзы щиплют глаза; отвернулся на мгновение, а потом посмотрел на неё и улыбнулся.

— Это первое слово после многих месяцев молчания… Я благодарен твоему отцу.

— Это пока не слово, а лишь тихий шёпот во сне. Но это просто замечательно!

На улице продолжались танцы, звучали старые мелодии.

— Ты потом две большие сумки из багажника отдай тётушке Софико, — тихо, чтобы не разбудить Шуру, сказала Тамара. — Мама всегда передаёт гостинцы для всех. Тётя Соня сама знает, кому и что нужно. А ваши подарки…

— Да куда мы с ними в гостиницу? Там у меня крохотный холодильник. Испортится же всё.

В заднем кармане его джинсовых брюк завозился телефон, Арай отошёл от машины, чтобы ответить на звонок, а она продолжала нашёптывать мальчику, слегка погладив его по волосам:

— Папа у тебя упрямый, спорит зачем-то. Всё равно же сделает, как сказала моя мама. Будешь пирожки трескать и нашу деревню вспоминать. Жаль, что вы уедете. Ты такой славный мальчиш. И папа у тебя… тоже славный.

В этот момент её взгляд обратился к мужчине, о котором шла тихая речь. Тамара поняла, что звонок принёс ему не очень хорошие новости: Арай стоял, опустив голову, и медленно постукивал телефоном себя же по лбу. Глубокая задумчивость и растерянность сквозили и в его действиях, и в его позе. Наконец, он вернулся к машине.

— Администратор гостиницы сказал, что там у них авария, прорвало трубу, залило весь подвал и первый этаж. Работники аварийной службы приехали, перекрыли воду. Вот и меня предупредили, что ситуация сложная. Всё откладывали ремонт здания до самого последнего терпения оборудования, а надо было ещё год назад заняться. Я им говорил тогда… Эх, чего уж теперь вспоминать. Сейчас позвоню другу, может, у него квартира пустует. Он женился недавно, обзавёлся семьёй.